Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
центральному рынку, но мы не можем позволить себе такую роскошь, так что это лучший вариант из возможных. Не хочу, чтобы Лесего видел, как тяжела на самом деле наша с мамой жизнь.
– Наверное, нужно выйти наружу, – говорю я. – Он скоро придет.
Мама изгибает бровь, и я понимаю, что встречать Лесего буду в одиночестве. Меня это устраивает. Она делает вид, что поправляет тарелки и салфетки на столе, а я направляюсь в узкий коридор. Выйдя на улицу, я вижу, что солнце уже село и на небе появились первые точки ночных звезд. Хотя я не сильно грущу о том, что мама не пошла со мной, мне жаль, что сейчас она не смотрит на эти звезды. Раньше мы любили смотреть на звезды вместе. Я скучаю по маме, какой она была раньше, в последнее время она изменилась. Все началось, когда я впервые упомянула Лесего, и с тех пор становилось только хуже. Она стала раздражительнее и быстрее выходит из себя. Хотелось бы мне понять почему.
– Привет! – Голос отвлекает меня от мыслей. – Рашида!
Сердце пропускает удар. Лесего идет ко мне в звездном свете, и на нем, как я понимаю, его лучшие туника и сандалии. Он ухитряется ступать одновременно расслабленно и уверенно; и это выглядит легко, как и все остальное. Хотелось бы мне так уметь. В каком-то смысле мне хочется быть больше похожей на него.
– Здравствуй!
Лесего широко улыбается, и внезапно я ощущаю странное смущение. Когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня, я слегка поворачиваю голову, так что его губы касаются щеки, а не губ. Он отстраняется с озадаченным видом.
– Мне… не целовать тебя?
– Нет! То есть да! То есть… – Я нервно дергаю прядь волос. Мне нравится, когда Лесего меня целует, и обычно мне этого хочется, но я не знаю, как объяснить ему, что чувствую сейчас. – Просто здесь моя мама…
– О, верно! – Лесего тут же выпрямляется, и мне нравится, что он старается принять более серьезный вид, а затем едва заметно подмигивает. – С этого момента я буду хорошо себя вести. Показывай дорогу.
Мы пригибаемся, заходя в таверну, и направляемся к нашему импровизированному столу. Перед тем как войти в комнату, я оглядываюсь.
– Так вот, насчет моей мамы, – шепчу я. – Не принимай ее действия на свой счет, ладно? Она добрая, но может быть немного… – Я ненадолго замолкаю, подбирая подходящее слово. – Странной.
Лесего пожимает плечами.
– Все не может быть настолько плохо, – с серьезным видом говорит он. – Она ведь воспитала тебя.
От комплимента тепло заливает щеки. Лесего всегда знает, что сказать, чтобы помочь мне почувствовать себя лучше и немного расслабиться. На этот раз я без колебаний беру его за руку и открываю дверь. Мама уже сидит за столом. Ее взгляд тут же обращается на наши сцепленные руки. Она хмурится, а затем смотрит на Лесего:
– Ты, наверное, Масего?
Кровь отливает от моего лица, но Лесего остается невозмутимым. Он встает рядом со мной и наклоняет голову.
– Доброе утро, тетушка. Меня зовут Лесего, и я очень благодарен за возможность разделить с вами стол этим вечером. Это честь для меня. Если вы не против, я преподнесу вам скромное свидетельство моей благодарности. – Он сует руку в сумку и достает что-то, завернутое в салфетку. Мы с мамой наблюдаем – подозреваю, с одинаковым удивлением, – как он разворачивает его, и там обнаруживаются стебли лаванды, перевязанные белой лентой. Когда он протягивает их матери, та выглядит ошеломленной.
– Что это?
– Рашида рассказала мне, что вы увлекаетесь садоводством, – отвечает Лесего, сделав еще один небольшой поклон. – Я увидел их сегодня на рынке, продавец сказал, что они свежие, поэтому я решил взять несколько для вас. Пожалуйста, считайте это подарком, благодарностью за то, что сегодня открыли для меня ваши двери.
Сердце разбухает в груди. Я не знала, что Лесего собирается это сделать, но также не могу сказать, что сильно удивлена. Такой он человек – импульсивный, но благоразумный.
Мама медленно встает из-за стола и берет у него лаванду, чтобы рассмотреть ее поближе.
– Рашида, – она делает паузу, многозначительно посмотрев на меня, – рассказала правильно.
Она растирает стебель между пальцами, подносит его к носу, делает долгий глубокий вдох. Потом без улыбки поднимает взгляд на нас.
– Я правда надеюсь, что ты за них не переплатил, – говорит она. – Качество среднее, но в дальних деревнях можно найти намного лучше.
И в тот же момент радость и гордость исчезают из моего сердца, и их сменяет гнев. Я понимаю, что мама просто устраивает представление; даже мне ясно, что лаванда не только дорогая, но и превосходного качества. Она провоцирует Лесего, чтобы посмотреть, как он отреагирует. К чести Лесего, его ясная улыбка исчезает лишь на мгновение.
– Спасибо вам за совет, тетушка. В следующий раз, когда я решу преподнести вам подарок, буду иметь это в виду, – доброжелательно отвечает он.
– Если. – Мама изгибает брови. – Если этот следующий раз будет.
– Ну ладно! – Я хлопаю в ладоши, вероятно, сильнее, чем следовало бы. – Кто проголодался? Потому что вот я умирают от голода!
– Я тоже, – говорит Лесего. Он жестом предлагает мне сесть первой, затем занимает оставшееся место. – Что сегодня в меню?
– Рашида, – говорит мама, – прежде чем мы начнем, помоги мне кое с чем на кухне.
Тяжелый ужас скапливается у меня в животе, когда мы поднимаемся, оставляя Лесего одного за столом. Как только дверь кладовки закрывается, мама резко оборачивается ко мне:
– Он мне не нравится.
– Мама! – Я вскидываю руки. – Он здесь всего пять минут!
– Он назвал тебя чужим именем, – нахмурившись, говорит она. – Он назвал тебя Рашидой.
– Это не чужое имя, – отвечаю я, стараясь сдержать нарастающую растерянность. – Я попросила его так меня называть. – Мне хочется ударить себя за то, что забыла сказать ей, как следует называть меня, когда придет Лесего, но я так тщательно разделила свою жизнь на части, что Бинти и Рашида кажутся мне отдельными людьми.
Мама несколько раз моргает:
– Что? Почему ты попросила называть тебя чужим именем?
– Это не чужое имя, просто другое, – возражаю я. – Оно мне больше нравится. Оно лучше, чем Бинти, и звучит красивее.
– Оно звучит глупо.
– Оно делает меня счастливой, – настаиваю я. – Пожалуйста, мама.
Мама бросает на меня еще один равнодушный взгляд, а затем качает головой и идет к двери. Когда мы снова входим в кладовку, Лесего сидит за столом, делая вид, что ничего не происходит.
– Думаю, мы готовы есть, – произносит мама чересчур сладким голосом. Мои подозрения усиливаются, когда она снова садится и начинает раскладывать еду по тарелкам. – Нас ждет вкуснейшая трапеза. Масего, ты раньше пробовал банку?
– О, конечно, тетушка. – Лесего энергично кивает, когда мама предлагает ему рулет. – Я на них вырос. Мама готовила их по чудесному рецепту, хотя этот, наверное, еще лучше.
– Твоя мама? – Мама выпрямляется с
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
