О, грешник, куда ты собрался бежать?
О, грешник, куда ты собрался бежать?
О, грешник, куда ты собрался бежать?
Настал день.
Магазин, где продавались телевизоры, оказался закрыт. И не откроется еще в течение часа. Хамнер кинулся на поиски – бар, парикмахерская, что угодно, лишь там был телик, – но ничего не нашел.
Мелькнула глупая мысль о такси. Они в Лос-Анджелесе не раскатывают по улицам в поисках клиентов. Они приезжают по вызову, но ждать, возможно, придется целую вечность. Нет. Ему не добраться до ЛРД, а ядро кометы Хамнера – Брауна наверняка достигло Земли и вот-вот начнет удаляться! Астронавты ведут наблюдения и посылают записи сюда, а Тим ничего не увидит!
Полиция в основном арестовала Стражей, но на затор это не повлияло. Слишком много брошенных автомобилей.
«И что теперь? – подумал он. – Может, удастся…»
Где-то сбоку вроде бы моргнула яркая лампа: раз – и погасла. Тим замигал. Что еще такое ему померещилось? Но в южной стороне, ничего нет, только зеленые холмы Гриффит-парка: там какая-то парочка едет верхом по тропинке.
Хамнер нахмурился и с задумчивым видом вернулся к своей машине. В салоне установлен радиотелефон, и он попробует вызвать такси.
Вдруг двое Стражей в белых балахонах (одно из одеяний было с красной отделкой) шагнули ему навстречу. Откуда они-то взялись?
Тим увернулся, а проповедники пристали к другому пешеходу:
– Молитесь, люди! Час настал, но еще не поздно…
Когда Хамнер добрался до автомобиля, гудки и гневные вопли слились в яростное крещендо…
Земля вздрогнула. Внезапный резкий толчок и второй, помягче. Здания закачались. Стекла в витринах треснули и со звоном посыпались. Тим услышал это, потому что клаксоны резко смолкли. Словно все окаменели. Из супермаркета выскочили несколько человек, да так и замерли на месте. Остальные маячили в дверях, готовые выбежать после нового толчка.
Но ничего не произошло. Водители принялись сигналить, заорали, завизжали люди. Тим открыл дверцу машины и потянулся за трубкой радиотелефона…
Но земля вздрогнула, и опять зазвенело осыпающееся стекло. Кто-то истошно завопил. А потом воцарилась тишина. Из рощицы возле парковки студии Диснея вылетела стая ворон. Птицы каркали на стоявших внизу людей, но никто не обращал на них внимания. Медленно тянулись секунды, автомобильные гудки послышались снова – и Хамнера с размаху швырнуло на асфальт.
На сей раз толчки не прекратились. Почва вздрогнула, заходила ходуном, содрогнулась, и всякий раз, как Тим пытался встать, его сбивало с ног. Казалось, это никогда не прекратится.
Кресло – вместе с Эйлин – лежало, опрокинувшись, погребенное под грудой каталогов.
Голова страшно болела. Юбка задралась до бедер.
Девушка вылезла из кресла очень медленно и осторожно, поскольку все вокруг было усеяно осколками стекла, и одернула юбку. Чулки – сплошь в дырах. На левой лодыжке – длинный узкий мазок крови. Она смотрела на него, боясь дотронуться, и только удостоверившись, что кровь остановилась, коснулась раны.
В приемной царил хаос. Рассыпанные каталоги, разбитый вдребезги кофейный столик, опрокинутые полки, стеклянное крошево… Эйлин одурело потрясла головой. В ней роились идиотские мысли. Почему от одного оконного стекла столько осколков?
В конце концов она осознала, что тяжеленные полки и стоявшие на них книги каким-то чудом не рухнули на нее. Эйлин – ей стало нехорошо – оперлась на секретарский стол.
