Чем были воды непроницаемые, глубокие?
Им вторят более молодые греческие, скандинавские, китайские, вавилонские и прочие мифологии. Наконец, в преобладающих сегодня авраамических религиях (иудаизме, христианстве и исламе) Сотворение мира происходит из небытия, то есть одной из форм хаоса – измерения неопределенности, абсолютной возможности.
Удивительное единогласие человечества в этом отношении заставляет нас всерьез задаться вопросом, не лежит ли за ним глубокая психологическая реальность. То, что нам известно об истории и устройстве личности, с несомненностью подводит к осознанию, что когда мера хаоса в нашей жизни драматически возрастает и мы переживаем символическую смерть, открываются три пути. На первом из них мы не способны интегрировать и воспринять конструктивный потенциал хаоса, мы даем себя сломить ему. Тогда он опрокидывает человека окончательно, провоцируя регресс и низведение до более низкой ступени существования личности или же влечет за собой физическую смерть.
Далее, чинимый им регресс может носить временный характер, после чего человек возвращается в относительно устойчивое состояние. И лишь в последнем случае мы оказываемся способны обуздать творческую энергию хаоса и сотворить из нее, подобно мифологическим демиургам, новый порядок – порядок высшего уровня, нежели был прежде, до перенесенной символической смерти.
Следующая точка консенсуса религиозных традиций состоит в том, что если мы сознательно и добровольно принимаем символическую смерть, разрушение, совершаем великую жертву, за ними следует рождение к новой – обыкновенно высшей – жизни. Христос умирает на Кресте и воскресает в вечности. О́дин, верховный бог германо-скандинавского пантеона, вешается на мировом древе Иггдрасиль и, достигнув самой грани смерти, обретает великую мудрость. Мифическая птица Феникс погибает в акте самосожжения и затем возрождается юной из пепла. Разрушение освобождает пространство, сметает державшиеся некогда постройки и тем самым дает нам возможность переосмыслить архитектурную планировку собственной жизни и возвести на пустующем месте нечто другое. Борьба с этой грозной стихией, созидательное сопротивление ей раздвигает границы наших возможностей, способствуя рождению новой структуры.
Всякий раз, когда порядок оказывается внезапно опрокинут, например если человек становится жертвой тяжкого предательства, воцаряется первозданная неопределенность. Он больше не знает, где он находится – и с кем именно, кто этот незнакомец перед ним, ему лишь некогда казалось, будто он знал это. Он более не уверен в других, не уверен и в самом себе – он полагал себя зрячим, а не слепым, любимым, а не преданным и одиноким. Контуры будущего расплываются одновременно с настоящим: представление о том, что будет, в мгновение ока покрывается трещинами и распадается на осколки. Былые цели, планы и все ви́дение будущего поколеблено или разрушено. Даже прошлое захлестнуто хаосом. Оно было ложью в этом, может быть, оно было обманом и в остальном, все теперь предстало в новом и зловещем свете.
При отсутствии умения освоить или пережить разрушительную стихию за этим наступает регресс, погружение в глубокую депрессию, бездеятельность и затем бесповоротная дезинтеграция всех ключевых сфер жизни вплоть до самоубийства. Во втором и менее трагичном сценарии происходит компенсация полученных повреждений. С течением времени накал страдания падает, эмоциональный баланс восстанавливается, пустота заполняется, неопределенность уменьшается и жизнь фактически возвращается к былому состоянию. Именно такова реакция на подобный кризис большинства людей.
В последнем случае наблюдается сверхкомпенсация, символическое перерождение за счет использования деструктивной мощи хаоса. Вместо того чтобы пасть жертвой последнего или безвольно ждать, пока его темные воды сами собой отхлынут, человек прислушивается к доносящимся из глубин откровениям. Причиненное ему разрушение открывает глаза на то, что именно было не так в обрушившемся порядке, в чем состояли его уязвимости, в чем он сам согрешил против себя. Рождаются резонные вопросы: «Почему случилось то, что случилось?», «Как предотвратить это в будущем?» Вопросы эти тяжелы и неприятны, ведь если идти их путем до конца, это с неизбежностью означает, что придется пролить изрядно пота и принести жертвы, дабы возвести на пепелище строения более крепкие и совершенные.
Это также предполагает взятие на себя ответственности и признание собственной вины, ведь только то, что слабо, оказывается сметено. Человек осознает, что он был недостаточно внимателен к самому себе – он был тем, кого можно предать. Далее, он был чрезмерно зависим, недостаточно устойчив – тем, кого таковое предательство выводит из строя. Наконец, он не был внимателен к тому, что происходит вокруг – не замечал доброй сотни предвестий беды, медлил, когда нужно было действовать, заметал грязь под ковер и не держал своей внешней жизни в порядке так же, как не держал в нем и внутренней. В этом понимании, в этом взятии на себя ответственности обретаются тогда силы, вдохновение, творческий энтузиазм менять свою жизнь к лучшему, готовить себя к ее вызовам и извлекать уроки из ее ударов.
