Фарс окончен.
ДЖЕЙК:
Для меня лучшее снотворное – держать в объятиях Хильду. Я спал десять часов.
И проспал бы дольше, если бы не оглушительный звук горна: побудка!
Мне почудилось, что я снова в казарме, я рванулся с койки – и стукнулся головой. Это умерило мое рвение: я сориентировался, увидел рядом с собой мою прелестную возлюбленную, которая очаровательно зевала, и осознал, что мы на Марсе.
Марс! Даже не наш собственный Марс, а другая вселенная.
Ненавистный сигнал побудки зазвучал опять, притом громче.
Я постучал в переборку:
– Как выключается эта штука?
Прошло некоторое время, прежде чем ручка дверцы в переборке повернулась, а затем отворилась и сама дверца. Горн запел в третий раз, еще громче. Высунулся моргающий Зеб:
– Что-нибудь случилось?
Я его не расслышал, но догадался, что он говорит.
– КАК ОТКЛЮЧИТЬ ЭТУ ПАКОСТЬ?
– Это не проблема. – (Во всяком случае, мне показалось, что он так сказал.) – Доброе утро, Ая.
Сигнал зазвучал приглушенно.
– Доброе утро, босс.
– Я проснулся.
– А ты не заснешь опять?
– Нет, я уже не лягу. Честное слово.
– Знаю я тебя, голубчик, не в первый ведь раз. Если ты не выкатишься отсюда, пока не проснулась хозяйка, мне откажут от места. Того и гляди с полицией будут неприятности. Было бы ради чего. Таких, как ты, на цент пять штук дают.
– Ты умница, Ая.
– Настолько умница, что уже ищу другую работу.
– Спи дальше, Ая. Конец связи.
– Поняла, конец связи, босс. – Наступила блаженная тишина.
Я обратился к своей дочери:
– Дити, как ты могла?
Ответил ее муж:
– Дити ни при чем, Джейк. Ей просто было сказано попросить Аю разбудить нас с восходом солнца. Она не знала, как Ая будит.
Я что-то проворчал и открыл правую дверцу. Благодаря затеянному Хильдой переустройству я выспался так сладко, как уже несколько дней не высыпался. Но когда в спортивной машине устроены две двойные постели, то, встав, деваться некуда: можно только выйти наружу.
Итак, я открыл дверцу, нащупал ногой подножку, задержался, чтобы попросить Хильду дать мне ботинки и одежду, – кое-что заметил и спокойно сказал:
– Хильда. Винтовку. Быстро!
В экстренной ситуации на мою драгоценную малышку всегда можно положиться: все ее кривляние не более чем личина. (Очаровательная, кстати; самое худшее в этой комедии с избранием ее «капитаном» было то, что она перестала улыбаться. Я надеялся, что Зеб вскоре снова возьмет командование на себя. Нам нужно было преподать урок, но зачем же затягивать это надолго.)
Не буду отвлекаться: я попросил винтовку, она тихо сказала: «Сейчас», и через мгновение винтовка уже была у меня в руках.
– На предохранителе, – сказала она. – Патрон в патроннике. Подожди, я позову Зеба.
Действительно, можно было и подождать. Стоя на подножке и будучи прикрыт с одной стороны отворенной дверцей машины, я мог не беспокоиться за тыл и должен был держать под прицелом лишь небольшой сектор. Винтовка у меня старого образца, но хорошая. Она досталась мне от старшего брата отца, который замотал ее, отслужив в морской пехоте.
Я снял ее с предохранителя, проверил, действительно ли патрон в патроннике, закрыл затвор и не стал ставить на предохранитель.
– Что происходит? – негромко спросил Зеб у меня над ухом.
