Поиск видений
Для нее не составило никакого труда заказать себе билет до Бангкока. Вот общение с родителями... с этим было сложнее. Они, конечно, не знали, что она убила человека. Однако им было ясно – как, впрочем, возможно, и всем остальным, – что девочка чем-то подавлена; и буквально в тот же день, как она прилетела в Мюнхен, ее сразу отправили в санаторий для полного психиатрического обследования.
Однако лечебница оказалась самой настоящей тюрьмой – во всех смыслах, – и в первый же свой визит к дочери родители были настолько напуганы зрелищем шизофреников, буйнопомешанных и прочих психов, что тут же забрали Памину домой. Оказавшись дома, она решила довести начатое до конца. Она выбросила всю свою готскую одежду и стала носить только платья в цветочек; привела свою невообразимую прическу в более-менее приличный вид и вела себя как настоящая пай-девочка, к тому же пай-девочка набожная и вся из себя богобоязненная. После того как ей удалось украсть все необходимые кредитки, стащить свой паспорт из ящика отцовского стола и обзвонить несколько турагентств, она уговорила родителей сходить в церковь на дневную мессу. В самый разгар мессы они заметили ее отсутствие, однако решили, что она просто пошла в исповедальню.
К моменту окончания службы она уже мчалась на такси в аэропорт. Она не знала, что именно должно произойти в Бангкоке, но чувствовала, что ей надо быть там: на концертах Тимми Валентайна. Она надеялась, что так или иначе сможет к нему подобраться, а потом... что потом? Убить его? Чего он, кстати, вполне заслуживает... Или, к примеру, можно что-то придумать, чтобы расстроить его концерты... Или расстрелять зрителей из полуавтоматической винтовки, как это было где-то в Америке... а потом направить ствол себе в грудь. Уйти красиво, в огненном апокалипсисе.
– Круто, – сказала она вслух по-английски.
Голос у нее в голове подскажет, что делать.
Я должна верить этому голосу, подумала она.
В самолете – это был чартерный рейс, самый дешевый из всех, что она нашла, – кроме нее, летели одни мужики: бизнесмены средних лет. Не иначе как это был организованный секс-тур. Они посматривали на нее с удивлением и тревогой, но лишь до тех пор, пока не начали разносить пиво, после чего они как будто забыли о ее существовании. Вместо милого семейного фильма или какого-нибудь триллера в салоне бизнес-класса показали скучный документальный фильм о безопасном сексе, который закончился сообщением о том, что по прибытии в гостиницу – с весьма подходящим названием «Сэкси-отель» – каждый пассажир рейса бесплатно получит два десятка презервативов.
Памина заснула.
Когда она проснулась, шел уже другой фильм, тоже документальный: о ночных достопримечательностях Паттайи – прекрасного пляжа, который, как оказалось, тоже был частью местной секс-индустрии. Памина встала и пошла в туалет. «Наверное, выгляжу я кошмарно, – подумала она. – Нужно хотя бы слегка освежиться».
Он ждал ее в глубине зеркала.
Он протянул к ней руки. Казалось, еще чуть-чуть, и он выйдет из зеркала и обнимет ее.
– Grub dich[26], Эйнджел, – сказала она. Его имя все еще казалось странным на ее слух. Эйнджел Тодд. Engel des Todes[27]. Реальность свелась до одной удачной метафоры.
