«В связи с усилением активизации банд на территории Барановичской и Пинской областей в помощь УББ НКВД БССР создается специальная бригада ГУББ НКВД СССР. Руководитель бригады начальник отдела ГУББ полковник Серебровский, в бригаду входят…»
«…Замначальника МУРа полковник Данилов, старший оперуполномоченный капитан Самохин, оперуполномоченные старший лейтенант Белов и лейтенант Никитин…»
— Это как же? — растерянно спросил Данилов. — А «кошка»?
— Кошка, собака. Я Серебровского отматюгал, когда он мне позвонил, и сказал, что людей не дам. Так знаешь, кто со мной говорил? То-то. Нарком.
Данилов присвистнул.
— Вот так, — продолжал начальник, — он мне сказал: ты, мол, это местничество брось. Тоже нашелся удельный князь. О Москве мы подумаем, поможем вам. Но надо искоренить банды там, в республиках, а то сев скоро. Понял?
— Не совсем.
— А чего тут понимать? Час тебе на сборы, на тары и бары — и дуй в наркомат.
— Кто будет курировать операцию по «кошке» этой?
— Сам тряхну стариной. — Начальник в сердцах саданул кулаком по столу. — Начальство. Ему всегда видней. Да, кстати, там, в наркомате, тебя сюрприз ждет.
— Какой?
— Новый зам в ГУББ твой лучший друг.
— Кто?
— Комиссар милиции третьего ранга Королев.
— Виктор Кузьмич?
— Именно.
— Так он же в госбезопасности служил.
— Мало ли что было. Теперь переаттестовали его и — к нам.
— Да? — удивился Данилов. Он знал Королева с сентября сорок первого. Считал его опытным и инициативным работником госбезопасности. Но пути Господни неисповедимы.
— Кстати, — перебил его мысли начальник, — явишься прямо к комиссару Королеву.
Данилов вернулся в свой кабинет, сел и крепко задумался. Не ко времени пришел этот приказ. Иван Александрович вообще не любил уезжать из Москвы. Здесь он знал все, начиная от проходных дворов, кончая воровскими малинами. Знал, на кого опереться и на кого нужно нажать, чтобы получить необходимые сведения. Там, в Западной Белоруссии, ему придется ходить как слепому, с поводырем. Тем более что банды базируются не в городе, а в лесу. Значит, придется работать в основном в сельской местности.
Данилов посмотрел на часы. Одиннадцать. Вызывая его в наркомат, конкретного времени не назвали, приказали прибыть сегодня. Поэтому он все же дописал план. Потом вызвал Муравьева и оговорил с ним все детали предстоящей разработки. Пообедал, зашел в ОББ и распорядился о командировке Белова, Никитина и Самохина. Только после этого отправился в наркомат.
Он вышел из управления и невольно зажмурился: над крышами домов висело по-весеннему яркое солнце. С бульваров доносился запах талого снега. И хотя он был еще по-зимнему пушист, ветер пах именно таянием. Данилов медленно шел по Петровке, отмечая первые приметы весны. Он видел их в стеклянном блеске сосулек, в первой слякотной кашице на тротуаре, в глазах прохожих.
