– Ну хорошо, – вдруг как-то горестно и обреченно молвил Декситей. – Мои слова тебя не убеждают. Так пусть тебя убедят мои дела!
И старик внезапно бросился прямиком на вытянутый меч Конана. Ожидавший какого-нибудь подвоха, киммериец тотчас подался назад, но было поздно. Черная ряса окрасилась кровью, по груди жреца расползалось красное пятно. Декситей свалился обратно на диван.
Конан был потрясен поступком того, кто называл себя Декситеем. Киммериец коснулся пальцем лезвия меча, окропил палец в крови и попробовал ее. На вкус это была человеческая кровь!
– Не может быть, – неуверенно проговорил Конан. – Все это колдовской морок… Ты… ты внушаешь мне себя… Крови нет…
– У меня очень мало времени, государь. Моя рана смертельна, но с часок я еще проживу. За это время я многое должен тебе рассказать. В Тарантии творится нечто ужасное! Если ты не поверишь мне, можешь выкинуть мой рассказ из головы. Но, покуда я жив, послушай!
У Конана защемило сердце. А если это не карлик, а настоящий Декситей?! Если он, Конан, сам убил друга и соратника?! Вернее, тот добровольно принес себя в жертву ради того, чтобы король узнал правду. Декситей, каким знал его Конан, вполне мог так поступить. "О, Кром, что же я тогда наделал!"
– Говори! – приказал король. – Надеюсь, от твоих слов худа не будет.
И умирающий жрец начал свой печальный рассказ.
Рассказ Декситея
– …Итак, мой светлый государь, мы проводили тебя на битву с немедийцами. Было это недели три тому назад, а может быть, и более. Вскоре вернулся генерал Паллантид и огорошил нас известием о воскрешении Великой Души и о твоем новом походе против карлика. Мы молили Митру, чтобы тебе сопутствовала удача.
Еще через десять дней прискакал генерал Просперо, и с ним вернулись те, кто выжил после того похода. Просперо сообщил нам, что ты уничтожил злобных колдунов, Синих Монахов, которые прислуживали карлику. Самому злодею удалось бежать, и Просперо заметил, что ты, несомненно, настигнешь и убьешь его. С тобой, по словам генерала, отправился волшебник Пелиас, и это тоже прибавило нам веры в удачу.
А еще спустя несколько дней наши надежды как будто сбылись самым замечательным образом. Целый день шел проливной дождь, грохотал гром, сверкали молнии. Когда же тучи скрылись и открылось солнце, Око Пресветлого Митры, в ворота Тарантии на белом коне въехал человек, ничем не отличимый от тебя, мой государь. С ним явился некий величественный, высокий, седовласый старик; глаза его лучились светом доброго дня. Конан, – не прогневайся, государь, я пока буду называть твоего ничтожного двойника так, дабы не нарушать стройность моего рассказа, – объявил народу следующее. Они с этим стариком, который есть могущественный белый маг, вместе одолели Великую Душу; чародей Пелиас погиб в схватке с карликом. Народ шумно радовался победе и возносил короля. Старик, явившийся вместе с Конаном, был объявлен Верховным Хранителем Аквилонии. Я пытался было возразить, что у Аквилонии, равно как и у других стран, где люди почитают Митру, уже есть свои хранители – это сам Пресветлый Митра и его пророк Эпимитриус. На что мне было отвечено: да, это так, но Митра – бог, и он далеко, а пророк Эпимитриус полторы сотни веков как скончался, и великой Аквилонии нужен живой Хранитель. А он, этот самый Верховный Хранитель, резонно заметил мне, что ни Митра, ни покойный пророк Солнечного Бога не уберегли Аквилонию от порабощения злобным карликом. Он же, этот самый Верховный Хранитель, сумел справиться с Тезиасом – вместе с великим воителем и королем Конаном… Никто больше не задавал вопросов, все пировали, празднуя победу над могущественным карликом, а затем Верховный Хранитель отбыл. Конан же остался править в твоем дворце.
Должен признаться тебе, государь, он и его хозяин неплохо разыгрывали свой гнусный спектакль! Роли они знали превосходно. Как я уже сказал, тот Конан ничем не отличался от тебя. Даже мудрый Публио, твой канцлер, ничего не заподозрил. Заподозрила Зенобия! Верно, женская интуиция почуяла подмену! Не захотев спать с королем, королева схватила сына Конна и бежала из дворца. Генерал Паллантид спрятал ее в тайном храме Асуры, как ты и велел.
Итак, тот Конан превосходно играл свою роль, А может быть, это нам всем только казалось, ибо раз в день, к вечеру, в Тарантию являлся этот самый таинственный старик, Верховный Хранитель. Я думаю, ты сразу догадался, кто он такой! Все верили ему и королю, все возносили их. Возносили так, как возносят обычно лишь богов или святых. Однако верховного жреца Митры обмануть трудно! Подозрения крепли во мне, когда вдруг в мой храм примчался испуганный Просперо. Генерал поведал мне, что случилось. После одного из пиров, когда король был изрядно пьян, он, тот Конан, буквально пристал к Просперо: куда ты, генерал, спрятал Книгу Судеб? Просперо молчал, как ты ему велел. Однако Конан не отпускал его: скажи да скажи, где Книга. Генералу это показалось странным. "Ты же сам указал место, где ее надобно держать, и велел никому о нем не рассказывать, даже тебе!" – изумился Просперо. Король смутился: "Извини, Просперо, я забыл… А вот теперь хочу поглядеть, верно ли ты исполнил мою волю". Генерал испугался, ибо не было еще случая, чтобы король Конан сомневался в нем. Почуяв неладное, Просперо дерзнул проверить короля. Он сказал, где спрятана Книга Судеб, назвав ложное место. Король попался на удочку. Он-то решил, что генерал поведал ему правду. Глаза его заблестели, он оттолкнул Просперо и бросился за Книгой. А генерал тотчас прибежал ко мне и сообщил о случившемся.
Что мне было делать? Я решил вопросить Пресветлого Митру, которому служу, чтобы он просветил меня. Не успел я начать молитву перед алтарем Солнечного Бога, как в храме за моей спиной возникли двое. Это были король Конан и Верховный Хранитель Аквилонии. Говорил в основном Верховный Хранитель.
"Нет нужды беспокоить Солнечного Бога по таким пустякам, – с издевкой сказал он мне. – Все, что тебе надлежит знать, ты узнаешь от меня". И он мне рассказал, что задумал, а Лже-Конан стоял рядом и нагло посмеивался. Мне было мучительно и горько сознавать, что карлик и его ставленник живописуют свои прошлые, настоящие и будущие подвиги здесь, в святом храме Митры, оскверняя его и богохульствуя на каждом слове! Я понял, что мне не жить. Однако у Великой Души были другие планы насчет меня. Он сотворил призрака, точную мою копию, "Знакомься: вот это Декситей, верховный жрец Митры и верный слуга короля Конана. Как и Хранитель Аквилонии, он суть одно из зримых воплощений бога Великой Души!" – объявил мне карлик. Я пытался сопротивляться, но куда там… Я исчез прямо из храма Митры и оказался здесь, в этой келье. Великая Душа провозгласил меня своим почетным гостем. Можешь себе представить, государь, какой "почет" он мне оказывал! А в Тарантии – в Тарантии правит твой злобный двойник, а вместо меня верховным жрецом Митры остался ужасный призрак!… Как Пресветлый Митра допускает такое?…
Я живу здесь уже неделю; так, во всяком случае, говорит карлик. Я же сбился со счета времени. Со мной обращаются хорошо, но, поверь мне, государь, более странного и нечистого места, чем это, даже представить себе невозможно!
