Правильно ли он сделал, сказав Веронике: «Я в ответе за тех, кого приручил»? Но ведь и правда, Катья работу оставила в Новачебарсаксе. Вырвал ее из привычного мира, вынудил жить в чужой стране, без близких людей. Послушать Катью — Новачебарсакс не хуже Парижа. У них там река Волга, дача, а здесь, видите ли, черных полно. Сколько раз просил — не называй их на улице неграми — без толку.
Девочка уже на языке говорит, в школу ходит — развестись, они что, назад в Россию поедут? А если Катья работу там не найдет, что с Таньей будет? Да и привык ребенок здесь. Нет, надо дождаться, когда Катье десятилетний вид на жительство дадут. И тогда, если Вероника согласится…
Она как-то смягчилась под конец, Веро. Но и сказала, что ждать ей не с руки: детям отец нужен, а с Каримом не клеится. Ни к чему не пришли, но расстались тепло.
Вернулся в Париж, к Катье ночью не пошел, лежал, вспоминал… Вывеска мерещилась — три домовенка в бусинах дождя.
72
У Женьки образовался молодой человек — привела его после уроков: мелкий, тощий, штаны — по моде — мешком, ремень на уровне причинного места, как будто юноша до сортира не добежал. Голова залачена до состояния дикобраза, прыщи по всей физиономии. Зовут модным именем Энзо.
Энзо протопал в ботинках к Женьке — закрылись. Им в школе про предохранение рассказывают на занятиях вовсю, осталось надеяться, что на дом не задают. Эти двое уже полтора часа не высовываются, только подумала вломиться к ним, как Марина позвонила, ревет.
Денис условие выставил: перед походом в префектуру — визит к адвокату и подача документов на развод «без претензий». Если в префектуре прознают — ему-то что.
— Считает, что я потом разводиться не пожелаю. Или денег потребую.
— А ты сказала, что его еще…
— Да. Заявил: возврата нет, он все выдрал с корнем, засыпал землей и забетонировал. И не хочет туда ломом долбить. Сказал: «Ты через то же пройдешь, в семье “теплых людей” это не больнее, чем волос выдернуть». Про «теплых людей» — он меня передразнивал.
Женька с красавчиком выползли из комнаты.
— Мам, я провожу Энзо до автобуса.
— Дсвднь, — это Энзо (еще и с речью проблемы).
Ушли.
— Марин, ты пойдешь к адвокату?
— А ты бы пошла?
73
— Твой отец на тебя обижен.
Было слышно, как орет телевизор. Мама приложила руку к трубке:
— Что ж ты его с днем рождения не поздравила?
— Даже когда я маленькая была, он меня на праздники не баловал.
— Марина! Нельзя на удар ударом отвечать! Иначе кругом одни драки будут… — Мама снова перешла на шепот: — Идет в кухню! Поздравь его, он большую картину продал, горд.
— Не горд, а пыжится…
Но мама уже сообщала:
— Тебя к телефону! Кто, кто — дочь. Будешь трубку брать? Она ждет!
Пробубнило издалека:
— Пускай ждет!
— Возьми трубку! Это же твоя дочь!
Мама — миротворец. Творец худого мира.
Шарканье тапок. Пауза.
— Алло!
— Пап, привет, поздравляю.
— Могла бы вовремя позвонить.
— Мне не до того, у меня проблемы с видом на жительство.
— А не надо было выламываться и с Витей разводиться. У него двое детей, а у тебя ни шиша.
— У меня, папа, Париж.
