Так это что, весна? Цветочки. Птичьи песни. Барашки и тому подобное. Если забыть о том, что в Лондоне цветочки – это срезанные орхидеи, доставленные самолетом из стран третьего мира; птичьи песни в основном исполняются стаей беглых длиннохвостых попугаев, которые терроризируют Хэмстед-Хит; а барашка не предлагают ни в одном известном мне меню, даже в самых старомодных клубах.
Понедельник, 22 мая
– Видела тебя давеча в пабе, но ты уже собирался уходить, – сказала я. – Почему ты не подошел поболтать?
Боже, я, оказывается, умею быть неискренней!
– Мне казалось, ты занята другим, я не хотел помешать, – ответил Н. – Некоторое время наблюдал за вами. Ты, во всяком случае, казалась довольной и разговорчивой.
– М-м-м, – промычала я. Н. выжидающе посмотрел на меня.
– Ну и как там, хорошо?
– На самом деле даже чуточку слишком хорошо, – сказала я. – Он славный человек. И, пока ты не спросил, – нет, мы еще не спали вместе. Но у меня есть ощущение, что он хочет чего-то… большего… от меня.
– Чего-то большего? В смысле – денег? Наркотиков? Любительских порноснимков?
– Типа как отношений.
– Мужчина определенного возраста и при определенных средствах хочет заполучить экстравагантную девушку, – проговорил Н. – Ну и что здесь не так?
– Я просто пока не продумала, как я вообще скажу кому-то… ты понимаешь, о сексе за деньги.
Это было не совсем правдой, я часто об этом задумывалась. Если сказать слишком рано, а отношения не сложатся, человек может отомстить… скажем так, любым из огромного перечня невыносимых способов. Но, с другой стороны, если тянуть с этим до того момента, пока не начнешь полностью доверять человеку, он может утратить доверие к тебе, гадая, какие еще тайны могут оказаться у тебя в запасе. Словом, выбор из двух зол, когда оба – один другого хуже, а поскольку никто со времен Этого Парня не казался мне подходящим возможным бойфрендом, я так и не нашла способа разобраться с этой проблемой.
– Ах, это потому, что твой бывший знал…
– Именно. И это не такая информация, которую выдашь одноразовому партнеру. Но человек, который мог бы – бррр! – захотеть стать моим бойфрендом… Ну, это совершенно другая история.
– Ты можешь тратить время на беспокойство о том, что он с воплями убежит прочь, узнав о твоем прошлом, – мягко проговорил Н. Он взял меня за руки и заглянул прямо в глаза: – Или тратить время на беспокойство о том, что он с воплями убежит прочь, потому что ты – безумная гребаная гарпия, которая сделает его жизнь не стоящей того, чтобы ее прожить.
– Думаю, что тебе стоит принимать вещи такими, каковы они есть, и перестать так сильно беспокоиться.
Я оттолкнула его руки и нахмурилась.
