На страшнем суде не поможет никто же кому.
Из Церковного устава князя Владимира, XIII в. Из галичских бояр вышел и еще один подвижник, которого почитают поныне в здешних местах и по всей России. Речь о преподобном Иакове Железноборовском.
Известно, что происходил он из боярского рода Амосовых (Аносовых). Возможно даже, он был знаком не только с Авраамием Галичским, но и с преподобным Саввой Сторожевским еще в те времена, когда подвизался в Троицком монастыре у Сергия Радонежского.
В год 1392-й, когда преподобный Сергий преставился среди своих учеников и последователей, Иаков, получив благословение заведомо, отправился на отшельническое житье на север, почти одновременно с Кириллом, будущим Белозерским. Поселился он чуть восточнее — в лесных костромских чащах, в верстах тридцати от Галича, во владениях князя Юрия Дмитриевича, сына Дмитрия Донского.
Он обосновался на берегу реки Тебзы, рядом с местом, где она впадает в реку Кострому и где когда-то были известные рудники, в которых добывали железо, так нужное для производства сельскохозяйственных орудий и военного дела. Рядом располагалось село Железный Борок, название которого запечатлело одновременно и рудник, и дремучий лес, а затем осталось в имени старца.
В построенной им самим келье преподобный прожил уединенно почти два десятилетия, воздвигнув также довольно редкую для этих мест церковь во имя Рождества Иоанна Предтечи. Постепенно вокруг его обители взрастал большой монастырь.
В то время наступил период правления в Москве великого князя Василия Дмитриевича, старшего сына князя Дмитрия Донского. Но, несомненно, столь долго проживая рядом с Галичем, преподобный Иаков имел определенные связи с князем Юрием, который с особым вниманием относился ко всем подвижникам, которые обустраивали обители в его уделах.
Даже непростые отношения между братьями-князьями не остановили преподобного Иакова в неожиданном его хождении в стольный град Москву. Это было в 1415 году, когда супруга Василия 1 — великая княгиня Софья Витовтовна должна была родить очередного наследника (иные умирали в раннем возрасте) и в связи с этим находилась в недуге, фактически — при смерти. Положение было крайне тяжелым. И тогда великий князь Московский попросил старца Иакова Железноборовского помолиться о здравии супруги. Известны слова, которые преподобный произнес для посланников от Василия Дмитриевича: «Пусть молится Богу, Пречистой Матери Его и святому мученику Лонгину, а о княгине пусть не скорбит; будет она здорова и в нынешний же вечер родит ему наследника».
Далее события развивались так. В тот же день, к вечеру, в келью духовника великого князя, который проживал в Спасском монастыре Московского Кремля (теперь там собор Спаса на Бору), пришел какой-то человек и сказал: «Иди сейчас к великому князю и дай имя сыну его — Василий». После чего незнакомец быстро удалился.
Духовник немедленно направился во дворец князя, но по пути встретился с посланниками, которые сообщили ему о рождении наследника. «Иди в покои великого князя, — заявили они, — и дай молитву великой княгине, так как она родила сына». Духовник при крещении дал новорожденному имя Василий. И, естественно, стал расспрашивать всех — кто же приходил к нему от князя еще ранее с советом и новостью. Выяснилось, что никого к нему тогда специально не посылали. В результате все пришли к выводу, что это было все по Божьему устроению, а также по молитвам старца — преподобного Иакова.
Софья Витовтовна благополучно принесла Московскому княжеству сына-наследника, который в реальности станет затем великим князем.
Конечно, после этого и Василий I, и тем более Василий II очень благоволили преподобному и его обители в Галичской земле. Жертвуя средства для монастыря, опекаемого князем Юрием, они тем самым признавали, что почитание обителей и Церкви было тогда в сознании даже враждующих сторон — выше любых мирских забот и распрей. Например, когда в 1429 году ордынцы из Казани напали и разграбили Галич и окрестности, то не преминули сделать то же самое и с монастырем. Братия, возвратившись из лесов, где переждала ужасный набег, с помощью и при поддержке князей восстановила полностью разрушенную обитель вновь, построив также новый храм Николая и пруды.
Скончался старец Иаков, как считается, 11 апреля 1442 года, в возрасте весьма преклонном. Известно, что позднее мощи его положили у левого клироса Предтеченского храма обители. На могилу поставили каменный крест и принесли его вериги. А затем стали вести записи многочисленных чудес, знамений и исцелений, которые происходили в изобилии.
