— Не особенно.
— Много похожего на то, что показывали тогда по телевизору.
— Ни о чем особенном. О телевизионных программах.
— Ну да, поговорили о нем несколько минут. Я рассказал ей, как собираюсь снимать фильм, и так далее. Но потом мы перешли к более интересным вещам. На самом деле говорили обо всем, что придет в голову. Да, такая она была.
3.17
Встреча литературно-кинематографической группы в понедельник была полностью посвящена концепции сценария. Исполнительный продюсер объяснила нам, что сценарий похож на синопсис, но в нем больше «мяса». Наша задача состояла в том, чтобы расширить свои синопсисы, включив в них более подробный очерк происходящих на экране событий. Кроме того, нам было предложено включить в текст описание характеров. В некоторых случаях, таких как фильм Нетти, где не было оформленного сюжета, характеров и разговоров, исполнительный продюсер попросила, чтобы описание было детальным.
Еще исполнительный продюсер хотела видеть в наших сценариях некоторые технические подробности. Она раздала нам листовки с определениями и тезисами, которые, как было сказано, должны облегчить нам работу. Почти сразу подняла руку Марги.
— Какого объема должен быть сценарий? — спросила она.
Исполнительный продюсер ответила, что не больше трех страниц при двойном интервале.
— Как мы будем писать его, если еще даже не знаем, как работает камера? — поинтересовался Смит-Гарни.
— Мы начнем знакомство с камерой завтра, — сказала в ответ исполнительный продюсер, — мистер Маккинни устроит нам демонстрацию.
Никто из нас не знал, что мисс Синглтон и мистер Маккинни были женаты. Знай мы это, были бы настолько удивлены, что вряд ли смогли научиться работе с камерой. Мисс Синглтон была высокой и стройной негритянкой, очень ухоженной, и говорила на прекрасном английском; мистер Маккинни, коренастый, приземистый, рыжий, с бледным одутловатым лицом, говорил на манчестерском диалекте. Однако, несмотря на все различия, их объединяла одна общая черта: они были очень, очень забавны. Мисс Синглтон играла серьезного человека в буффонаде мистера Маккинни.
— Таквывсетутхатитестатьрэжисерами, да? — произнес Маккинни, без стука ввалившись в класс, волоча за собой большую картонную коробку. — Таквывсетутхатитестать Стэнли Кьюююбриками? Илиможетбыть Роу-бат Альт-мунами?
Исполнительный продюсер немедленно напомнила группе, что Роу-бат Альт-мун снял «Холодный день в парке» в Ванкувере несколько лет назад. Затем она сообщила Маккинни, что, если он еще раз вломится таким образом к ней в класс, она выведет его обратно за ухо. В ответ мистер Маккинни сделал забавный жест, который должен был выразить самоуничижение, и прополз по направлению к пустой парте, многословно извиняясь.
— Вставка, — произнесла ИП, слегка отодвигая оставленную мужем коробку левой ногой. Затем она официально представила нам мистера Маккинни, успевшего сесть за пустую парту и слушающего с растерянно-испуганным выражением лица, скрестив руки на груди.
Представление исполнительного продюсера было столь же забавно, сколь и торжественно. Все глаголы были в прошедшем времени, как в речи министра на похоронах.
