Дорогая Надежда Яковлевна, новостей больших нет. Я был у Н. И. Много говорили о жизни – он тоже расстроился из-за меня. Зато стихотв о Сухаревке (Всё чуждо нам…) обрадовался очень. Оказывается, с ним связана целая история, очень интересная в литературном отношении (Алекс Анат – только Вам!!). Но, конечно, я расскажу Вам… в следующем письме (чтобы было с продолжением…).
Я Вас спрашивал о Семенове – это, очевидно, ленингр писатель. С ними – встреча Нового года в 24 г. (Встретил у Кузмина: он пишет Лившицу, что хотели встречать у Вас, но Вы заняты у Семеновых[553].) о Шатилове – мне сказали, что у его вдовы есть что-то об О. М. Вот и всё.
Вы мне как-то рассказывали со слов О. М. о том, как он случайно попал за границу (без всяких бумаг – сел и поехал). Напишите мне об этом – я встретил у Кузмина что-то о путешествии на купеческой шхуне. Это 1911 г.[554] Мне пригодится для летописи. Потом у Рождественского – есть в письмах, что О. М. читает в Лицее немецких романтиков и видится с ним, когда приезжает в Лад (27 г.)[555]. У Вас упомянут какой-то разговор с Рожд после сцены в Прибое (?)[556]. Это кусочки, но для летописи всё важно.
Кузину я ответил на это его письмо, и больше писем нет. Мне хочется увидеть письмо (или два) О. М., которое у него есть. С.
Дорогая Надежда Яковлевна,
Секрет такой: эти стихи (о Сухаревке)[557] входили в стихе “Tristia” (Я изучил науку расставанья), между 2-й и 3-й строфами (после: Зачем петух, глашатай новой жизни и т. д.)
В 1-й публикации (сб “Гермес”, Киев, 1919) пропуск обозначен точками. Н. И. как-то спросил об этом, и О. Эм. ему прочел как выпущенные (конечно, по цензуре) про Сухаревку.
Это очень неожиданно и поразительно.
(Вот, вероятно, почему: Москва, опять Москва… не обессудь, теперь уж не беда[558].) Вообще, много представляется в большей связи.
Интересно, откуда же они выплыли, эти строки, если они не были напечатаны?[559]
Про себя могу написать только печальное. С Юлей пришлось расстаться. Я даже спокоен (тоска – вообще, от пустоты, а не по ней), но где буду жить и где работать, не знаю. Саша.
Дорогая Над Як., я действительно слепо верю Ник. Ив., что касается стихов… Он говорил: и не сомневайтесь, Ал. Ан.!! Я и принял… Всё же вот мои соображения в пользу этого: 1) Пропуск ударений не везде в “Tristia” (и чту обряд той петушиной…) 2) Москва – Рим могут перекликаться (“в походе варварских телег”[560] – и здесь: “мильонами скрипучих арб”) 3) О Москве – здесь уже итог 4) Как будто помнит именно эти стихи Ник. Ив. (когда я сказал про Сухаревку, он сразу насторожился) 5) Почему Вы уверены, что они были где-то напечатаны?
М. б., остановиться на среднем, что это параллельный отрывок к “Tristia” (всё же размер почти никогда – или даже никогда – не повторяется у О. М.), который естественно (а не по цензуре) отпал.
Книжку с Багрицким я смотрел – других стихов нет[561]. ‹…›
Откровенно жду помощи от других, в отношении работы с осени это, кажется, удается, как прожить лето – не знаю, но если что-нибудь опять случится с Юлей, пойду сам в больницу…
Если бы не было Вас, Ник. Ив. и моей работы – отравился бы, но нужны еще дополн опорные точки во внешней жизни…
