Встретились Дафнис с Меналком, коровий пастух и овечий:Оба они белокуры, по возрасту оба — подростки,Оба играть мастера на свирели и в пенье искусны.Первым, на Дафниса глянув, Меналк к нему так обратился:«Сторож мычащих коров, не сразиться ли, Дафнис, нам в пенье?Стоит мне захотеть — и я мигом тебя одолею».Дафнис на это в ответ обратил к нему слово такое:«Пастырь мохнатых овец, ты мастер, Меналк, на свирели,Но хоть из кожи ты лезь, не видать тебе в пенье победы».
Меналк. Хочешь помериться силой? Согласен ли выставить ставку?
Дафнис. Смериться силой готов и выставить ставку согласен.
Меналк. Ставлю мою свирель: хороша, с девятью голосами,Вся белоснежным воском покрыта от верха до низа.
Дафнис. И у меня есть свирель, и моя с девятью голосами,Сам я ее вырезал, — погляди, еще палец не зажил.
Меналк. Кто же нам будет судьей? И послушает кто наши песни?
Дафнис. А позовем вон того пастуха от козьего стада!Мальчики кликнули громко. Пастух подошел, услыхавши.Мальчики начали песни — пастух был над ними судьею.
Меналк. Нимфы рек и долин, у которых я пел на свирели!Если вам нравились песни мои, то послушайте просьбу:Дайте овечкам моим вы сытную травку; но еслиДафнис пригонит коров, то пускай и они попасутся.
Дафнис. Всюду весна, и повсюду стада, и повсюду теснятсяНаши телята к коровам, сосут материнское вымя.Милая девушка мимо прошла; а как скрылась из виду,Даже быки загрустили, а я, их пастух, — и подавно.
Меналк. Я не хочу ни угодий Пелопа, ни золота Креза,Я не хочу побеждать бегунов, быстроногих как ветер.Песни хотел бы я петь над морем, с красавицей рядом,Глядя за стадом моим на приморском лугу сицилийском.
Дафнис. Гибнут деревья от стужи, от засухи гибнут потоки,Птице погибель — силки, а зверю — капканы и сети.Гибель мужчине — от нежной красавицы. Зевс, наш родитель!Ведь не один я влюблен: ты и сам был к красавицам нежен.
Меналк. Добрый волк, пощади моих коз, не трогай козлятокИ не кусай меня. Я мал, но о многих забочусь.Ты же, рыжий мой пес, разоспался больно уж крепко:Это не дело — так спать, коли мне помогать ты назначен.
Дафнис. Раз чернобровая девушка, видя, как гнал я теляток,Мне закричала вдогонку, смеясь: «Красавец, красавец!»Я ж ни словечка в ответ, ни насмешки в ответ на насмешку:В землю потупив глаза, пошел я своею дорогой.
Меналк. Овцы, щиплите смелей зеленую свежую травку:Прежде чем кончите вы, подрасти успеет другая. Живо!Паситесь, паситесь, наполните вымя полнее:Пусть будут сыты ягнята; остаток заквасим в кувшинах.
Дафнис. Сладко мне слышать мычанье коров и дыхание телок,Сладко мне летом дремать близ потока под небом открытым.Желуди — дуба краса, для яблони плод — украшенье,Матка гордится теленком, пастух же — своими стадами.Кончили мальчики песни, и так козопас им промолвил:«Сладко ты, Дафнис, поешь, на диво твой голос приятен,Радостней пенье твое, чем мед из пчелиного сота.Вот — получи же свирель. Добился ты в пенье победы.Если б меня, козопаса, ты мог научить этим песням —Я бы за это тебе подарил и козу и подойник».Дафнис так рад был победе, что громко в ладоши захлопал,В воздух подпрыгнул, как юный олень, завидевший матку.И отвернулся Меналк, печально и грустно поникнув:Плакал он так, как будто невеста пред скорою свадьбой.Первым меж всех пастухов с той поры стал славиться Дафнис;Скоро, совсем молодым, он женился на нимфе Наиде.
Стойкие стоики
В эти самые годы, вскоре после смерти Александра Македонского, в Афины приехал незаметный человек, смуглый, худой и неуклюжий: купеческий сын с Кипра по имени Зенон. В юности он спросил оракул: как жить? — оракул ответил: «Учись у покойников». Он понял и начал читать книги. Но на Кипре книг было мало. В Афинах он прежде всего отыскал лавку, где продавались книги, и здесь среди свитков «Илиады» на потребу школьников ему попалась книга воспоминаний о Сократе. Зенон не мог от нее оторваться. «Где можно найти такого человека, как Сократ?» — спросил он у лавочника. Тот показал на улицу: «Вот!» Там, стуча палкой, шумно шагал полуголый Кратет, ученик Диогена. Зенон бросил все и пошел за нищим Кратетом. Потом ему принесли весть: корабль с грузом пурпура, который он ждал с Кипра, потерпел крушение, все его имущество погибло. Зенон воскликнул: «Спасибо, судьба! Ты сама толкаешь меня к философии!» — и уже не покидал Афин.