Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 252
Ягода чувствовал себя на седьмом небе.
«Вождь оценит мою помощь следствию, мой талант уламывать, выворачивать наизнанку, делать послушными даже самых упрямых и стойких. Поймет, что я ему необходим, подобреет и милостиво, как подобает державному властелину, вернет свободу».
Забыл, что в присутствии Бухарина следует быть сдержанным, потер ладонь об ладонь. С опозданием вспомнил, что надо прореагировать на услышанное, и обнял Бухарина.
— Не мучайтесь угрызениями совести, не корите себя за сдачу позиций, потомки поймут, отчего оговорили себя, и простят.
8
В очередной вызов к следователю прямо с порога заговорил как заведенный.
— Готов к выполнению нового задания. Как могли удостовериться, способен на многое, другими невыполнимое. Проведу подобную работу с любым нужным вам арестантом, сделаю и его шелковым.
Ожидал услышать похвалу, но Вышинский сказал совершенно иное:
— Прекратите болтать! Предельно кратко, не отвлекаясь, отвечайте на поставленные вопросы.
— Нo я добился того, что следственной группе не удавалось несколько месяцев. Вы обещали…
— Не торгуйтесь, мы не на рынке.
Ягода не узнавал прокурора, всегда сдержанный, немногословный, тот стал грубым, озлобленным, обрывал на полуслове. И Генрих Григорьевич сник, подтвердил и дополнил данные раньше показания. К концу не мог не спросить:
— Как прикажете поступать с Бухариным? Продолжать давить на психику или, раз задача полностью выполнена, переключиться на новый объект?
— Бывший член партии Политбюро, ВЦИК и ЦИК Коминтерна, редактор «Известий», скатившийся до лидера антипартийного правого уклона, брызгавший в статьях, на выступлениях ядом, вновь будет в полном одиночестве, как и вы.
Ягода упал духом.
«Неужели все мои старания пошли насмарку? Неужели мной двигали как простой пешкой, когда она выполнила свою роль, за ненадобностью сбросили с доски?»
Вышинский понял состояние стоящего перед ним.
— За ходом нашего следствия пристально следит товарищ Сталин. Он был возмущен вашей работой в органах спустя рукава, тесной дружбой с преступниками, недозволенными связями с иностранцами, потенциальными шпионами. Вместо того чтобы стойко стоять на важнейшем посту по охране социалистического Отечества от происков врагов, исполнять все возложенные партией задачи, почили на лаврах. Забыли о чести и достоинстве партийца, скромности, в книге о канале посмели поместить свой портрет рядом с вождем. Травили неугодных лично вам, отправляли в могилу всех, кто имел сведения, компрометирующие вас, так сказать, обрубали концы.
Ягода с трудом сдерживался, чтобы не процитировать прокурору его письмо в ЦК и Сталину, в котором тот весьма высоко оценил борьбу чекистов во главе с их начальником против троцкистов, от имени советской юстиции выразил полное согласие с предложением главы НКВД расстреливать уличенных во враждебной деятельности.
«Недавно хвалил меня, превозносил с трибун, в статьях признался, что первый чекист для него пример, сейчас стал перевертышем. Выполняет волю Хозяина, который не простил, что не доказал причастность Зиновьева к убийству Кирова, подготовке государственного переворота, провалил выполнение плана по арестам…»
Согласился, что на службе порой бывал беспечен, нетребователен к подчиненным, не доводил до конца начатые дела, терял бдительность, но если на одну чашу весов положить ошибки, а на другую успехи, перетянет вторая.
— Это все мелочи, — отметил Слуцкий. — Умалчиваете о главном, куда более значительном, чье имя — преступления. Нам известно о вашей вредительской деятельности почти все. Погрязли в антисоветизме, двурушничестве, без санкций бросали невинных за решетку, приказывали держать в камерах-холодильниках, морить голодом, мучить жаждой, выбивать показания с применением силы…
— Выполнял приказы, вам известно чьи.
— Подобных приказов не нашли.
— Приказы получал в устной форме.
— Похвально, что не отправляете товарищу Сталину письма, тем самым не отвлекаете его от проводимой им титанически трудной работы, знаете, что он не терпит, когда к нему обращаются через голову прокуратуры, Наркомата юстиции.
— Я не настолько близок к товарищу Сталину, чтобы отсылать на его имя сугубо личные послания.
Ягода мог бы добавить, что было бы крайне глупо надоедать письмами, прекрасно зная, что ответа не будет, что касается написанного в Кремль послания, оно сочинялось, чтобы подать сокамернику пример.
Слуцкого сменил государственный советник юстиции 2-го ранга Лев Шейнин[28], с кем Ягода прежде часто встречался. Шейнин не поздоровался, занял освободившийся за столом стул. Генрих Григорьевич решил, что следователь получил повышение или понижение, не подозревая, что когда к Слуцкому явились с ордером на арест, он не пожелал попасть в тюремный бокс, испытать то, что испытывают другие заключенные, и отравился.
9
Обвинительное заключение было предельно лаконичным.
1. Участие в заговоре правой оппозиции в 1928 г., данное гр. Рыкову обещание использовать свое положение в ОГПУ для прикрытия своих контрреволюционных действий.
2. Передача гр. Бухарину тенденциозных материалов о тяжелом положении крестьян в деревне.
3. Обсуждение с гр. Томским вопроса создания блока с правыми троцкистами для захвата в стране власти с помощью государственного переворота.
4. Организация кулацких восстаний в 1931 г.
5. Назначение, по указанию правой оппозиции, начальником СПО
(секретно-оперативный отдел. — Ю. М.) члена контрреволюционной организации гр. Молчанова[29].
6. Создание в НКВД контрреволюционной группы.
7. Участие по решению центра в заговоре убийства т. Кирова С. М., поручение гр. Запорожцу[30] не чинить препятствий теракту.
8. Попытки прекратить расследование убийства т. Кирова.
9. Ведение переговоров с немецкими фашистскими кругами о передаче Германии территориальных уступок после осуществления в СССР переворота.
10. Организация покушения, по прямому указанию германских кругов, на жизнь премьер-министра Франции г-на Лаваля[31] во время его посещения
Ознакомительная версия. Доступно 51 страниц из 252
