Купи меня, мой повелитель.Возьми меня, если думаешь, что я способна тебе угодить.Если же ты в сомнении считаешь меня фальшивой монетой,Так пускай меня проверит шераф[77].
«Раб – тот, у кого нет своих рабов», – гласит арабская пословица. Бог в Коране именуется «Ар-Рабб» (араб.) – «Господь» (Коран 1:2, 6:45, 10:10 и др.). В широком смысле слово «ар-рабб» обозначает хозяина человека или вещи, которому служат и от которого получают пропитание, – т. е. рабовладельца. Поэтому мусульмане называют себя рабами Аллаха.
У рабства на Востоке есть важный нюанс, отсутствующий в западной культуре. Шариат запрещает мусульманам порабощать друг друга – в Средние века это, как правило, означало смерть мусульман, попавших в плен к своим единоверцам. Так, в 1473 году Мехмед II казнил 6200 воинов Узун Хасана[78] – почти по 500 человек в каждом из 12 анатолийских городов на обратном пути из Отлукбели в Стамбул. В 1514 году после Чалдыранской битвы Селим I приказал предать смерти всех пленных персов. Амичис предполагает, что рабство и деспотизм у турок в крови. Наблюдая за посетителями стамбульских кофеен, он отметил, что турки сидят абсолютно неподвижно, и лица их невыразительны – это сродни покорной меланхолии раба или холодной гордости деспота.
Рабство у османов можно было уничтожить на практике, прекратив поставки невольников и остановив торговлю ими. Для обозначения этого процесса применялся эвфемизм «закрытие врат рабства» («sedd-i bab-i rıkkiyet»). «Подобные фразы всегда применялись в контексте борьбы с работорговлей, но отмена рабства как абстрактного юридического статуса никогда не имелась в виду, – пишет турецкий историк Хакан Эрдем. – Рабство в Высокой Порте как юридический статус так и не было отменено».
Для западного человека отмена рабства представляет собой прогрессивный шаг, но на Востоке мыслят иначе. Мантран апеллирует к титулу османского султана и халифа – представителя Аллаха на земле и полновластного господина своих подданных, которые – все до единого – считались его рабами. В наибольшей мере это относилось к придворным и личному составу армии – т. е. к людям, по долгу службы окружавшим султана в годы войны и мира. Их называли «капыкулари» или «капыкулу» (тур. kapıkulari – слуги Порты; kapıkulu – государевы рабы). Этот термин охватывал всех чиновников и военных, являвшихся султанскими слугами, – от высокопоставленного вельможи до рядового янычара. Их судьбы зависели от настроения повелителя.
Карлики предназначались для увеселения падишаха, его вельмож и наложниц. Они даже присутствовали при родах султанских детей – считалось, что, веселя одалисок, лилипуты помогают им разрешиться от бремени. В Османской империи существовал аналог «девушки из торта» – карлик из плова. На большое блюдо ставили коробку, куда забирался лилипут; затем ее обкладывали пловом и подавали гостям. Когда участники застолья начинали накладывать себе кушанье, карлик выпрыгивал из коробки.
Система капыкулу позволяла встроить человека в государственный механизм. Для этого раба с ранних лет надо было воспитывать в мусульманских традициях, прививать ему османские ценности, обучать – и в итоге найти место в армии или гражданской администрации. В империи проживало множество немусульман, и система капыкулу создавалась в первую очередь для их детей. С 1347 года и до середины XVII века христиане платили туркам девширме – «налог кровью», при котором отдавали своих сыновей для последующего обращения в султанских рабов и несения ими службы на благо Порты.
