А. Л. Вайнштейн, замечательный советский статистик, много сделавший в 20-е годы для создания системы национальных счетов в нашей стране, защитил докторскую диссертацию сразу же после того, как вышел из лагерей, где провел без малого 20 лет. – Как Вам удалось так быстро написать докторскую? Неужели у вас была возможность продолжить исследования в заключении? – спросили его. – Нет, что Вы, – ответил Вайнштейн, – в лагерях как экономист я деградировал, но ведь и экономическая наука все это время тоже не стояла на месте[127].
3. Академии наук коммунистического режима
Коммунистами уже в 1918 году была создана не только особая советская наука, но и особая Коммунистическая академия. Вначале она именовалась Социалистическая академия общественных наук, в 1919 году ее переименовали в Социалистическую академию, в 1924 году – в Коммунистическую академию.
Эта академия существовала до 1936 года, когда была объединена с прежней Академией наук, образованной в 1725 году в Санкт-Петербурге.
Точнее было бы сказать, что бывшая Петербургская Академия была присоединена к Коммунистической академии. Петербургская Академия наук официально именовалась Императорской. После того, как в результате Февральской революции 1917 года империи не стало, Петербургская Академия была переименована в Российскую академию наук. В 1925 году произошло новое переименование – в Академию наук СССР, и эта академия продолжала оставаться на прежнем месте, называвшемся уже Ленинградом. Но в 1934 году эта академия перебазировалась в Москву, причем большинство ее структур находилось в том здании, где долгое время располагалась именно Коммунистическая академия – на Волхонке.
Таким образом, Академия наук СССР стала единственной в 1936 году в результате ее слияния с Коммунистической академией. Но этому слиянию предшествовало знаменательное событие 1929 года, когда в АН СССР разом были приняты сразу 42 новых академика – все члены коммунистической партии. То есть название Коммунистическая из официального названия Академии исчезло, но она стала коммунистической по партийной принадлежности академиков, а главное – по своей полной подчиненности руководству коммунистической партии и идеологии этой партии.
Очень скоро АН СССР снова оказалась не единственной. В Советском Союзе в 1930–1940-е годы было создано большое количество различных научных академий, это происходило в тяжелые, голодные годы коллективизации, войны, послевоенной разрухи. Согласно «Энциклопедическому словарю» в Советском Союзе к 1951 году существовало 15 академий наук. Из них три были всесоюзными, 12 республиканскими, они существовали в союзных республиках, во всех, кроме Киргизской, Молдавской, Карело-Финской и Российской. Но роль российской академии фактически исполняла самая большая академия – АН СССР, в которой было 116 действительных членов и 232 члена-корреспондента, между которыми была существенная разница в размере ежемесячных денежных выплат, но зарплата была очень солидной и у тех, и у других.
Кроме Академии наук СССР, существовали Академия медицинских наук (АМН) СССР и Всесоюзная академия сельскохозяйственных наук имени Ленина (ВАСХНИЛ). Всего в этих трех академиях были 262 ставки действительных академиков и 382 ставки академиков членов-корреспондентов. В республиканских академиях существовали 317 ставок академиков и 97 ставок академиков членов-корреспондентов. Таким образом, всего в Советском Союзе к 1951 году было 1258 академиков!
И каков был результат их деятельности? Очень легко вычисляемый: ни одной Нобелевской премии за научные достижения до 1956 года вообще, и ни одной премии по физиологии и медицине за все время существования этих академий. Об эффективности этих академий можно судить и по следующей информации: согласно этому же фундаментальному «Энциклопедическому словарю» высшим достижением ВАСХНИЛ было то, что она «нанесла сокрушительный удар реакционному вейсманизму-морганизму»[128]. Под последним подразумевалась генетика, которая уже к середине XX века становится лидером мировой науки, но академики ВАСХНИЛ признали эту генетику ложной наукой. Самое интересное, что академиками даже ген был охарактеризован так «мифическая элементарная единица “вещества наследственности”, приписываемая морганистами живой природе»[129]. Это определение могло бы сойти за шутку, но оно было дано в «Энциклопедическом словаре», который редактировали около двадцати академиков.
