В нашей армии мало найдется Тех бойцов, кто не взял еще в толк, Кто не слышал, как славно дерется Наш железный некрасовский полк. Где огонь тяжелей и навесней — Там и полк, он фашиста громит. Жарким боем рожденная песня О некрасовцах наших гремит. Припев: Орлята Сталина родного, Страшны некрасовцы врагу, Крепки в плечах, В боях суровы, Не знают слова «не могу»! Они идут железной лавой, Железной лавой волевой, Их каждый шаг овеян славой, Чудесной славой боевой. Не поклонятся грозные дула Озверевшему злому врагу. Боевые огни Барнаула Не погаснут в отважном полку. Для фашистов грозней, чем фугасы, Минометной атаки грозней Этот полк, где товарищ Некрасов Водит в битвы советских людей! Припев. Там, где полк проходил — словно бритвой Были срезаны вражьи полки. Прямо с марша — в жестокую битву, За гранату, в атаку, в штыки! Словно буря сибирская рвется Над рядами и взводов, и рот, — Там, где Козин с врагами дерется, Где Люманов в атаку идет! Припев.
Газету читали на передовой в окопах и в ближнем тылу под сенью елей и сосен, многим бойцам стихи врезались в память, они нередко декламировали отдельные строки, ставшие присказками и поговорками.
Готовясь к новому наступлению, части и соединения армии Ракутина усилили разведку противника. Этого требовал от них Жуков. Он обязал командиров всех степеней «глубже изучить силы и систему обороны немецких войск, вести разведку не “вообще”, а конкретно, выявляя огневые средства и характер инженерных сооружений их опорных пунктов» (там же). В этой работе участвовали авиация, пехотинские разведчики и партизаны. Помогало местное население.
23 августа командир звена 163-го истребительного авиационного полка младший лейтенант Иван Зудилов обнаружил в районе Ельни две вражеские автоколонны — 80 грузовиков с пехотой, а рядом — до 75 мотоциклистов. На основании этого и предыдущих сообщений авиаторов штаб 24-й армии сделал вывод: противник совершенствует систему обороны, усиливает ельнинскую группировку новыми частями. Соответственно повышались требования к своим частям: прочнее укрепляйтесь на достигнутых рубежах, всеми способами изучайте систему обороны противника.
Ценные сведения о противнике поставляли командованию армии ельнинские и глинковские партизаны. В последние две недели боев они заметно повысили свою активность, наряду с разведкой стали разворачивать боевые действия против оккупантов.
Так, с 7 по 23 августа глинковский партизанский отряд Зимонина уничтожил 17 немецких разведчиков, сжег шесть скирд хлеба и один амбар зерна, подготовленного фашистами к отправке в Германию. В руки партизан попались шесть немецких солдат с четырьмя мотоциклами, которые были сданы командованию 107-й стрелковой дивизии. В тылу противника партизаны повредили телефонную линию, исправлять ее немцам пришлось больше суток.
В ельнинском партизанском отряде смело действовала разведывательно-диверсионная группа под руководством заведующего отделом пропаганды и агитации райкома ВКП(б) П.А.Зайцева. Однажды эта группа в составе восьми человек перешла через линию фронта на территорию, занятую противником, и под прикрытием ночи следовала по заранее определенному маршруту. Утром партизаны подошли к деревне Кувшиновке и расположились на опушке леса. Первое, что их интересовало: есть ли немцы в деревне? Наблюдая в бинокль с сосны, Зайцев не заметил каких-либо признаков присутствия оккупантов. Для уточнения обстановки он послал в деревню двух человек, остальные залегли в готовности поддержать товарищей, если что-то случится.
Разведчики побывали в деревне и без происшествий возвратились на опушку леса. Они сообщили, что в двух колхозных сараях находятся около двадцати фашистов с пулеметами и минометами. Зайцев решил ночью напасть на фашистов и уничтожить их. Сообща продумали план действий, распределили обязанности: кто снимает часовых, кто закрывает на запор ворота, кто бутылками с горючей смесью зажигает сараи, кто стреляет, если фашистам удастся выскочить из огня.
