«Кровь, кровь, кровь — Брызги летят издалека! Смерть, смерть, смерть, Смерть прими на века!» Размахивая мечом в такт песни, он отсекал руки и ноги, а иногда разрубал врагов пополам, сверху вниз, — на то он и Гринцольд-рубака.
Но вот ветер утих, снег перестал, а из облака пара, поднимавшегося от пролитой крови, вышел воин-великан, с головы до ног закутанный в черное, с огромной косой.
— Ты смерть? — тоскливо спросил Гринцольд.
— Нет, — ответила черная фигура, — не путай посланника с посланием. Я лишь несу тебе смерть. Назови свое проклятое имя!
— Имя? Мое имя Гринцольд-рубака, — Гринцольд хотел было броситься на нового врага, но вмерз ногами в кровавый снег. Тогда он запустил в черную фигуру мечом, но так ослаб в битве, что фигуре не составило труда отразить бросок.
— Приятно познакомиться, — ответил йети. — А я Шторр-жнец. — Тут Шторр далеко-далеко замахнулся косой и снял Гринцольду голову с плеч. Голова его рухнула в снег, демон в последний раз засмеялся, сказал «Спасибо» и сомкнул веки. И вот Гринцольд мертв. Он прожил яркую, насыщенную жизнь.
Голову Гринцольда подобрали вместе с другими, высушили, и, пройдя множество рук, объехав всю Цамонию, она попала в кузницу, где из руды Демонских гор ковали демонские мечи. Мозг демона смололи в порошок и смешали с расплавленным железом. Так Гринцольд обрел бессмертие.
ТРИ ДРУГА НАВЕК
Измотанный битвой Румо с мечом в лапе пробирался по Нурнийскому лесу. Он искал родник, пруд или лужу: смыть кровь нурнии.
— Мне кажется, мы двое могли бы стать лучшими друзьями, — начал Львиный Зев.
— Друзьями? — удивился Гринцольд.
— Ну да. Боюсь, нам много времени предстоит провести вместе — не лучше ли нам подружиться, дорогуша?
— Дорогуша? Что за кошмарный сон? Последнее, что помню, — черная фигура с косой, а потом…
— Ты умер.
— Умер? Так это подземный мир? Где же огромные котлы с кровью? Где все мои убитые враги, насаженные на раскаленные колья, горящие в вечном демонском пламени?
— Ну, на самом деле смерть совсем не такая, какой ее по своему скудоумию представляли твои сородичи.
— Скудоумию? Это кто тут скудоумный? Где мой меч?
— У тебя больше нет меча! Ты сам меч.
— Я меч? Как это? О, голова…
— И головы у тебя нет. Ха-ха-ха!
— Нет головы? Да кто ты?
— Нет, долго я так не протяну, — застонал Румо. — Теперь их двое!
— А ты кто? — спросил Гринцольд. — Воин-демон?
— Нет.
— Он вольпертингер.
— Что еще за вольпертингер?
Румо заметил маленький родник, бивший между двух валунов. Усевшись рядом, он воткнул меч в землю и стал умываться.
— Прежде чем идти дальше, — начал он, — стоит обсудить кое-какие важные вопросы.