Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 121
Но проще сказать, чем сделать, – ведь нежелание прислушиваться к жалобам женщин давно и глубоко укоренилось в медицинской практике. В ходе эксперимента, проведенного в 2016 г. Сассекским университетом, испытуемым (родителям, в том числе 25 отцам и 27 матерям) предложили прослушать несколько записей плача трехмесячных детей. Обнаружилось, что, хотя по плачу невозможно определить пол младенцев (половые различия не проявляются до пубертатного периода), звук более низкого тембра воспринимался как плач мальчика, а более высокого – как плач девочки. Эксперимент также показал, что, когда отцам говорили, что плач более низкого тембра – это плач мальчика, те оценивали дискомфорт, испытываемый ребенком, как более серьезный, чем дискомфорт, испытываемый плачущей девочкой.
Вместо того чтобы верить женщинам, жалующимся на боль, мы часто называем их сумасшедшими. Да и что с них взять? Сучки шальные, как когда-то сказал Платон. Женщины – истерички (ὑστέρα (греч.) – матка), сумасшедшие (если бы я получала фунт каждый раз, когда мужчины, читающие мои феминистские посты в Twitter, выражали сомнение в моей нормальности, мне не нужны были бы другие источники заработка), иррациональные и неуравновешенные существа. Выражение «чокнутая бывшая» настолько распространено, что его даже высмеяли Тейлор Свифт в своей знаменитой песне Blank Space («Свободное место») и Рейчел Блум, сыгравшая главную роль в сериале Netflix «Чокнутая бывшая» (Crazy Ex-Girlfriend). Знаменитый физик Стивен Хокинг назвал женщину загадкой[995], а Зигмунд Фрейд, прославившийся и разбогатевший на диагнозе «истерия», который он ставил женщинам, в 1933 г. объяснял в одной из лекций, что «на протяжении всей истории люди ломали голову, пытаясь разгадать тайну женственности»[996].
За свою загадочность женщинам всегда приходилось расплачиваться. За поступки, выходящие за рамки дозволенного (например, за демонстрацию либидо), их на годы сажали в сумасшедший дом. Их подвергали гистероэктомии и клиторидэктомии – удаляли матку и клитор. Их отправляли в психушку даже при легкой послеродовой депрессии: бабушка одного моего друга, осмелившаяся запустить в свою свекровь мочалкой для мытья посуды, всю оставшуюся жизнь провела в психиатрической лечебнице. По меньшей мере один американский учебник психиатрии, широко применявшийся еще в 1970-е гг., рекомендовал лоботомию для женщин, проявивших жестокость[997].
Разумеется, сегодня мы уже не обращаемся с женщинами подобным образом. Мы больше не сажаем их в сумасшедший дом и не вырезаем им часть мозга. Вместо этого мы даем им лекарства: женщин в два с половиной раза чаще сажают на антидепрессанты, чем мужчин[998]. Я не имею ничего против антидепрессантов: людям, страдающим психическими расстройствами, они нужны как воздух. Но все-таки хотелось бы понять, почему женщин сажают на них настолько чаще, чем мужчин, – уж, верно, не потому, что они чаще мужчин обращаются за медицинской помощью. Исследование, проведенное в Швеции в 2017 г., показало, что на самом деле именно мужчины более охотно обращаются к врачам с жалобами на депрессию[999]. Так почему же антидепрессанты чаще прописывают женщинам? Потому что у них «слабая психика»? Может быть, виной всему жизнь в этом несовершенном мире, сводящая нас с ума? Или антидепрессанты – новая (и, несомненно, более гуманная) лоботомия для женщин с травмированной психикой?
Одно время Фрейд считал, что истерия может быть следствием пережитого в детстве сексуального насилия. Позднее он отказался от этой теории, так как слишком много мужчин должны были быть насильниками, чтобы она была правдоподобной. Однако одно недавнее исследование позволяет предположить, что некоторые виды болей, которыми страдают женщины, действительно могут быть вызваны пережитым в прошлом насилием[1000], – и в свете глобального скандала #MeToo это кажется не таким уж невероятным.
Исчерпывающие ответы на эти вопросы выходят за рамки тематики этой книги. Но одно из объяснений «пристрастия» женщин к антидепрессантам может заключаться в том, что эти препараты прописывают женщинам, у которых нет депрессии. Физическую боль у женщин часто не принимают всерьез, объясняя ее эмоциональным или психосоматическим расстройством. Упомянутое выше шведское исследование 2017 г., показавшее, что мужчины чаще женщин обращаются к врачам с жалобами на депрессию, выявило также, что женщинам, не жалующимся на депрессию, назначают антидепрессанты в два раза чаще, чем мужчинам. Выводы шведских ученых перекликаются с исследованиями 1980-х–1990-х гг., в ходе которых обнаружилось, что при жалобах на боль пациентам-мужчинам, как правило, прописывают обезболивающие, а женщинам – седативные препараты или антидепрессанты[1001]. А в 2014 г. была опубликована статья, призывавшая медиков разработать рекомендации по лечению болей в пояснице, и в ней также указывалось, что женщинам назначают антидепрессанты значительно чаще, чем мужчинам[1002].
Видимо, здесь тоже проявляется синдром Йентл: поразительно, как часто женщины, жалующиеся на боль, не получают диагноза и лечения, пока не оказывается, что боль имеет физические причины, то есть вызывается либо исключительно женскими заболеваниями, либо заболеваниями, которыми женщины страдают чаще мужчин. К числу таких заболеваний относится и синдром раздраженного кишечника (у женщин он встречается почти в два раза чаще, чем у мужчин)[1003], и мигрень (которой женщины страдают втрое чаще)[1004]. Между тем о мигрени мы знаем очень мало, несмотря на хронический характер этого заболевания, подтачивающего здоровье 37 млн американцев[1005] и каждого восьмого жителя Великобритании[1006]. На самом деле многие заболевания, связанные с болью, значительно чаще встречаются у женщин, чем у мужчин[1007], а ряд исследований, проведенных за последние десятилетия, показывает, что женщины более чувствительны к боли, чем мужчины (в свете этих открытий то, что женщины реже мужчин получают обезболивающие препараты, выглядит особой жестокостью).
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 121
