Глава 24
1541 ГОД
Любовь Генриха к ней охладела, Екатерина это знала. Она разочаровала его. Изабель пыталась утешить сестру, говоря, что король перестал посещать ее ложе, потому что она еще не оправилась после выкидыша.
– Но он мог бы обнять меня и заверить, что по-прежнему любит, разве нет? – в отчаянии воскликнула Екатерина, которой была нестерпима мысль, что она утратила любовь и благоволение Генриха.
– Некоторые мужчины не понимают этого, – сказала Изабель и похлопала ее по руке.
– Если бы только он пришел ко мне обедать! – всхлипывала Екатерина. – Я не видела его уже три дня.
– Он скоро придет, я уверена, – успокаивала ее Изабель. – А теперь постарайся отдохнуть, чтобы выглядеть как можно лучше, когда это случится. Позволь мне капнуть на подушку несколько капель лавандовой настойки. Это поможет тебе успокоиться.
Она обрызгала изголовье постели и задернула шторы, чтобы в окна не бил солнечный свет, после чего ушла, тихо прикрыв за собою дверь.
Вдыхая сильный запах лаванды, Кэтрин лежала на постели и растравляла себе душу. «Пожалуйста, придите, Генрих! – мысленно взывала она. – Боже, прошу, пусть он придет!» Главной причиной терзаний был страх, что король откажется от нее.
Раздался негромкий стук в дверь, и кто-то вошел в комнату. Екатерина села и в тусклом свете увидела улыбавшуюся ей Джейн Рочфорд.
– Я надеюсь, ваша милость чувствует себя лучше. Король, несомненно, тоже опечален вашей утратой и, когда обретет душевное равновесие, придет к вам.
– Надеюсь, – прошептала Екатерина.
– Но есть хорошие новости, – продолжила Джейн, без спроса усаживаясь на край кровати. – Его милость в награду за службу даровал мистеру Калпеперу четыре поместья в Глостершире и одно в Уилтшире. Наш друг теперь состоятельный мужчина!
– Джейн, я рада за него, но сейчас хотела бы остаться одна и поспать, – сказала Екатерина.
– Конечно, – отозвалась Джейн. – Я оставлю вас. – Она на цыпочках вышла.
Через неделю кровотечение у Екатерины прекратилось, и она немного успокоилась: Генрих пришел к ней ужинать. С первого же взгляда на лицо супруга ей стало ясно: он тоже страдал.
– Надеюсь, вы оправились, Кэтрин, – сказал король, садясь за стол. – Простите, я не приходил к вам и не присылал известий, но я сам был болен.
– Надеюсь, вы чувствуете себя лучше, – сказала она, удивляясь, почему они вдруг стали так церемонны друг с другом.
– Я чувствую себя сносно. – Он вздохнул.
Разговор казался принужденным, прерывался долгими паузами. Ни один из них не упоминал о потерянном ребенке. В девять, раньше обычного, Генрих поднялся, поцеловал ей руку и ушел. На следующий вечер он не вернулся.
Она пришла в сильное смятение, убежденная, что Генрих ее бросит. Но как? Мог ли он затеять развод из-за неспособности супруги выносить ребенка? Она не представляла. Разумеется, ее супруг слишком сильно любил свою тюдоровскую розу, чтобы обойтись с ней более жестоко. Но если король разгневан… По ее спине пробежал холодок.
Джейн снова явилась к ней, когда она, глядя в пустоту, сидела на диване у окна в отдалении от других дам.
– Я знаю, чем вас порадовать, – склонившись к уху Екатерины, тихо проговорила Джейн. – Есть одна старая кухня, где вы можете спокойно поговорить с мистером Калпепером.
Екатерина задумалась: почему она позволяет себе слушать Джейн? Но ответ был ясен. Ей нравилось представлять Тома в роли своего любовника, и Джейн, искушавшая ее предложением разных возможностей, только сильнее разжигала воображение. Екатерина чувствовала себя такой подавленной, что жаждала обрести утешение в объятиях Тома. И зачем ей лишать себя этого? Генрих-то ее больше не хочет!
