Et lui aussi[758]. Автобусное сообщение посуху налажено с нынешнего дня. Открыл его Володя.
14
7 мая 1963 г.Милая Анечка, спасибо за письмо, за то, что в нем, и за то, что за его пределами, и вообще за всё… Наше сотрудничество, надеюсь, не кончится, да, впрочем, и данная книга упорно не кончается: ни времени, ни сил в Тарусе у меня не прибавилось. Надеюсь отослать Вам завтра первые листки все той же жвачки — по ним еще ряд вопросов, по самым жеванным-пережеванным. И первый из них, который надо сделать сейчас же — пожалуйста, позвоните А. И. Цветаевой и узнайте у нее даты Маврикия Александровича Минца[759], они у нее были и были включены в текст и «почему-то» выпали оттуда. Анастасия Ивановна должна скоро уехать, так что не откладывайте. Б1–60–38.
Потом (к слову) не прокомментирован у нас «над городом, оставленным Петром»[760] — к этой строке надо несколько слов о том, что в таком-то году Петр I перенес столицу из Москвы в Петербург. Этого мне тут, при помощи утлого Ларусса, не найти. Про спартанского лисенка[761] обещал узнать Сережа Сосинский, но вряд ли вспомнит об обещании… Кстати, еще один штрих Володиной «порядочности». Как Вы помните, меня насторожил его нелепый ход конем с рекомендацией ЦГАЛИ для приезда Ольги Елисеевны[762]; кроме того, ломала себе голову, «почему» этот ход был сделан именно теперь, хотя Ольгу Елисеевну они собираются выписывать давным-давно. Как выяснилось из разговора с Еленой Михайловной Голышевой, оказывается, дочь Вадима и Оли Андреевых, тоже Оля, она племянница Ариадны Викторовны, она же внучка Ольги Елисеевны, разразилась в США книгой впечатлений о своих поездках в СССР. Книга эта цитировалась в выступлениях наших «глав» правительства как образец беспардонности и прочего т. п. — кого, мол, пускаем в наши пределы — и т. д. Зовут Олю госпожой Карлейл[763] (цитировалась она как «Карлиел», но это сути дела не меняет). Она — художник абстракционистского толка, американка по паспорту, словом, — все качества, как говорится! Книги этой я, конечно, в руках не держала, судить о ней не могу, могу лишь предположить, что писалась она с благими намерениями, с теми самыми, которыми мощена дорога в ад… Короче говоря, в тот самый момент, что Володя «охмурял» Розу, он отлично знал про эти обстоятельства, не только не благоприятствующие приезду Ольги Елисеевны, но, как водится, набрасывающие тень на все семейство и могущие повредить и добросовестным «рекомендаторам». Я очень прошу Вас поговорить с Розой — ей надо отстраниться от такого рода действий, тем более в данное, обратно же строгое к необдуманным поступкам, время. Сделайте это, пока не поздно. Володя глуп, хитер и непорядочен в делах, лежащих вне черты «уголовности», и тем более опасных. При все при том он очень мил… но куличи его способны выйти боком для людей не менее милых, к тому же неглупых, к тому же порядочных… Вообще же доверять ему можно только котенка, что я и сделала с Вашего незримого благословения.
