Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 149
себе вестей до тех пор, пока не приехал со специальным поручением от Александра. Царь пригласил афинянку по срочному делу. Он принял ее, в сопровождении Птолемея, на южной террасе, окруженной сплошной бело-розовой чашей цветущего миндаля. Таис не видела Александра после переправы через Араке и нашла, что он изменился. Исчез неестественный блеск глаз, они стали, как обычно, глубокими и пристально глядящими вдаль. Исхудалое от сверхчеловеческого напряжения лицо вновь обрело цветущий румянец и гладкость молодой кожи, а движения стали чуть ленивыми, как у сытого льва. Александр весело приветствовал гетеру, усадил рядом, велел принести лакомств, приготовленных местными мастерами из орехов, фиников, меда и буйволиного масла. Афинянка положила пальцы на широкую кисть царя и вопрошающе улыбнулась. Александр молчал.
— Погибаю от любопытства! — вдруг воскликнула гетера. — Зачем я понадобилась тебе? Скажи, не томи!
Царь сбросил маску серьезности, напомнив Птолемею давнего товарища детских проказ.
— Ты знаешь мою мечту о царице амазонок. Сама же ты постаралась убить ее в Египте!
— Я ничего не убивала! — вознегодовала Таис. — Постаралась сказать правду.
— Знаю! Иногда хочется видеть осуществленной мечту, пусть в сказке, песне, театральном действе…
— Начинаю понимать… — медленно сказала Таис.
— Только ты, наездница, артистка, прелестная, как богиня, способна выполнить мое желание видеть у себя…
— Царицу амазонок? В театральном действе? Зачем?
— Это не будет игрой в театре, нет! Ты проедешь рядом со мной, через толпы собравшихся на праздник. Пойдет слух, что царица амазонок приехала ко мне, чтобы стать моей женой и подданной. Возникнет легенда, которой поверят все. Сотня тысяч очевидцев разнесет весть по всей Азии.
— А дальше? Куда денется «царица»?
— Уедет в «свои владения», на Термодонт. А ты, Таис, приедешь гостьей ко мне на пир во дворец.
Гетера фыркнула.
— Согласна. Но где взять спутниц-амазонок?
— Найди двух, больше не надо. Ведь ты поедешь около меня.
— Хорошо, я возьму одну — свою Эрис, она будет моей «военачальницей». Ее грозный вид убедит кого угодно.
— Благодарю тебя. Птолемей, прикажи, чтобы лучшие мастера сделали Таис золотой шлем…
— А Эрис — серебряный. И круглые щиты с изображением змеи и сокола. И луки с колчанами и стрелами. И короткие копья. И маленькие мечи с золотыми рукоятками. Еще — хорошую леопардовую шкуру.
— Ты слышал, Птолемей? — сказал очень довольный Александр.
— Конечно! Но как быть с броней! Ее не сделают так быстро. И не подобрать на женщин. Если броня не придется совершенно по мерке, получатся ряженые.
— Верно! — сказала Таис. — Мы поедем, как настоящие амазонки, нагими, только в поясах для мечей и ремнях для колчанов.
— Великолепно! — воскликнул Александр, обнимая и целуя Таис.
Афинянка, вместе с Эрис и целой сотней тессалийской конницы — почетного эскорта будущей «царицы амазонок» — отправилась в царские купальни на одном из больших озер в десяти парасангах к югу от Персеполиса. Туда впадал быстрый Араке. Принесенная его вешними водами муть успела осесть, и голубое зеркало озера снова приняло девственную чистоту и прозрачность. Белые строения маленького дворца, веранды на берегу и лестницы, нисходящие к воде, были совершенно безлюдны, так же как окрестности и удаленные берега в синей дымке полуденных испарений. Впервые за все время странствия от Египта до Персеполиса Таис почувствовала себя в месте, которое могло быть обиталищем богини или бога. Здесь, как в родной Элладе, строения человека вливались в окружающее, становились его неотъемлемой частью. Строители дворцов и храмов Египта, Вавилона и Персии стремились отгородиться от природы. Здесь нашлось исключение. На этом тихом озере Таис впервые за несколько лет испытала умиротворение и покой, растворяясь в чистом горном воздухе, сиянии солнца, едва слышном плеске крошечных волн и шуме раскидистых сосен.
Обе женщины облюбовали квадратную беседку. Ведущая к воде лестница ограждалась высоким парапетом, полностью скрывавшим их от постороннего взгляда. Таис подолгу лежала на мраморе у самой воды, выравнивая свой медный загар, а Эрис сидела около на ступени, задумчиво глядя на воду и слушая ветер. Они погружались в благостное оцепенение, неподвижные и немые, словно статуи. Когда спадала жара, на легкой лодке из белого дерева приплывал старый служитель, раб из далекой Кадусии.
Он привозил свежие фрукты и катал Таис по озеру. Когда-то старый кадусиец служил у греческого наемника и выучился говорить на койне. Простыми и убедительными словами он рассказывал предания об озерах, о прекрасных пери — нимфах огня, любви и мудрости, обитавших в окрестных горах, о мрачных и злобных джиннах — мужских божествах пустынных ущелий, подчиненных у пери.
Лодка медленно скользила по прозрачной воде, размеренно всплескивало весло. Под негромкий рассказ старика Таис грезила с открытыми глазами. Воздушные, с проблесками огня в легких одеждах, беззаботные и жестокие красавицы скользили над водой, обольстительно изгибаясь в полете, манили к уступам голых обветренных скал, стоявших стеною на страже запретных обиталищ духов пустыни. И Таис хотелось стать такой же пери — ни человеком, ни богиней, свободной от тревог, увлечений, раздоров и соперничества, обуревавших равно людей и богов Олимпа. Она даже пробовала вызывать пери, чтобы они помогли ей изменить облик и научить упоительной свободе полета. Пробуждаясь от грез, Таис со смехом ощупывала свое плотное, гладкое, очень земное тело и, вздохнув, бросалась в холодную глубь озера, недоступную огненным красавицам.
Шесть дней прошли быстро, наступил канун праздника. Посоветовавшись с тессалийцами, афинянка решила появиться в городе вечером. С гиканьем и свистом, ударами в щиты, под бряцание оружия и сбруи, топот и ржанье лошадей бешеная орда с факелами ворвалась в город и промчалась на северо-восточную окраину в заранее приготовленный просторный дом. Слух о прибытии царицы амазонок разнесся по городу мгновенно. Сотни людей, потрясенных шумным вторжением, рассказывали о событии. Приняв тессалийцев за амазонок, они насчитали чуть не тысячу свирепых всадниц, с метательными ножами в зубах.
Больше никто не видел ни одной женщины Териодонта, пока на заполненную народом площадь у южной стороны дворцов не выехал сам божественный победитель «царя царей», новый владыка Азии Александр, в сопровождении знаменитых военачальников. Яркое солнце играло на золотой броне и шлеме в форме львиной головы огромного и прекрасного македонца. Золотая уздечка резко выделялась на черной шерсти могучего боевого коня Букефала, не менее знаменитого, чем его всадник.
По левую, почетную, сторону Александра ехала царица амазонок, тоже в золотом вооружении. Народ, затаив дыхание, смотрел на Александра и его прекрасную, как богиня, спутницу. Амазонка в чистой и презрительной наготе сидела на неслыханно красивом коне — золотисто-рыжем, с длинным черным хвостом и гривой, в которые были вплетены золотые нити. Иноходец, небольшой и гибкий, казался ящерицей рядом с громадным
Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 149
