В. Записка была вполне аутентична, поскольку сразу же самоуничтожилась. Пришлось повиноваться. С радостью! Но я не намерен описывать здесь злачные места столицы Сатаны.
Сегодня утром я наконец достиг того места, где я писал (пишу) о том, что происходит в данный момент… Этот последний листок я вручаю Пэт.
Спустя примерно час после того, как я поставил предыдущую точку, раздался звон гонга. Пэт вышла в прихожую, быстро вернулась и бросилась мне на шею:
– Это прощальный поцелуй, милый. Больше я тебя не увижу.
– Как это?
– А вот так. Сегодня утром мне сказали, что я выполнила задание. И еще – я должна тебе кое в чем признаться. Дело в том, что я ежедневно писала на тебя докладные. Умоляю, не сердись на меня. Я профессионал, работаю в имперской службе безопасности.
– Будь ты проклята! Значит, каждый поцелуй и каждый страстный вздох – притворство?!
– Ни один из них не был притворным! Ни один! И когда ты отыщешь свою Маргу, передай ей от меня, что она счастливица.
– Сестра Мария-Патриция, это еще одна ложь?
– Святой Александр, я тебе никогда не лгала. Ну, замалчивала всякие пустяки, о которых не могла говорить… – Она разжала объятия.
– Эй! А ты не собираешься поцеловать меня на прощание?
– Алек, если бы ты хотел меня поцеловать, ты бы не стал спрашивать.
А я и не спрашивал, я взял и поцеловал. Если Пэт притворялась, значит она непревзойденная актриса.
Во дворец меня должны были проводить два огромных падших ангела, закованные в латы и вооруженные до зубов. Пэт упаковала манускрипт, объяснив, что я должен взять его с собой. На пороге я остановился:
– Моя бритва!
– Проверь карман.
– А как она там очутилась?
– Милый, я знала, что ты сюда не вернешься.
Я еще раз убедился, что в компании с ангелами умею летать. Прямо с балкона, вокруг «Сан-Суси Шератон», через площадь – и вот мы на балконе третьего этажа дворца Сатаны. Потом через множество коридоров и вверх по крутой лестнице с очень высокими ступенями, явно не предназначенными для людей. Я начал спотыкаться, один из моих провожатых схватил меня и поддерживал, пока мы не добрались до вершины, и все это молча – ни тот ни другой за всю дорогу не промолвили ни слова.
Распахнулись колоссальные бронзовые створки, изукрашенные барельефами не хуже врат Гиберти, и меня втолкнули внутрь.
И я увидел Его.
Сумрачный, задымленный зал, вдоль стен – вооруженные стражники, высокий престол, а на нем – некое существо, раза в два больше обычного человека. Существо выглядело как традиционное изображение дьявола на бутылках слабительной минеральной воды «Плуто» или на жестянках пикантного мясного паштета: хвост и рога, горящие глаза, вилы вместо скипетра, отблески пламени на багровой коже, бугрящиеся мускулы. Я напомнил себе, что Князь Лжи являет себя в каком угодно обличье; очевидно, сейчас он решил меня припугнуть.
