ГЛАВА ПЕРВАЯ,
в которой рассказывается, с каким извещением обратилась
ко всему свету Арктическая промышленная компания
— Так вы утверждаете, мистер Мастон, что женщины ничего не могут сделать для развития опытных и математических наук?
— К величайшему моему сожалению, миссис Скорбит, я вынужден это утверждать, — ответил Дж. Т. Мастон. — Конечно, среди женщин, особенно в России, встречались и встречаются замечательные математики — с этим я охотно соглашаюсь. Но у женщины такое строение мозга, что ей никак не стать Архимедом[40], а тем более Ньютоном[41].
— О мистер Мастон, позвольте мне возразить от имени всего нашего пола…
— Пола потому и прелестного, миссис Скорбит, что он вовсе не создан для отвлеченных занятий.
— Следовательно, по-вашему, мистер Мастон, ни одна женщина, увидев падающее яблоко, не могла бы открыть закон всемирного тяготения, как это сделал знаменитый английский ученый в конце семнадцатого века?
— Увидев падающее яблоко, миссис Скорбит, женщина просто решила бы съесть его… по примеру прародительницы Евы.
— Ну, вы, мне кажется, отказываете нам во всякой способности к теоретическим размышлениям…
— Во всякой способности? Нет, миссис Скорбит. Но должен вам указать все-таки, что с тех пор как на земле живут люди, — а следовательно и женщины, — не рождалось еще женщины, наделенной умом, которому в области научной мы были бы обязаны каким-либо открытием, подобным открытиям Аристотеля, Эвклида[42], Кеплера и Лапласа[43].
— А что это доказывает? Разве прошлое всегда определяет будущее?
— Гм! Не стоит больше ждать того, что не случилось ни разу в течение тысячелетий.
— Тогда, мне кажется, нам, женщинам, остается только смириться, мистер Мастон. Видно, мы умеем лишь…
— Быть добрыми! — подхватил Дж. Т. Мастон со всей любезностью, на которую только способен ученый, всецело поглощенный разными иксами.
Впрочем, миссис Эвенджелина Скорбит охотно этим удовлетворилась.
— Ну что ж, мистер Мастон, — продолжала она, — каждому свое на этом свете. Занимайтесь своими необычайными математическими выкладками. Отдайтесь великому делу, которому вы и ваши друзья решили посвятить свою жизнь. А я — как мне и подобает — буду просто доброй женщиной и окажу этому делу денежную помощь.
— Чем и заслужите вечную нашу благодарность, — ответил Дж. Т. Мастон.
Миссис Эвенджелина Скорбит покраснела самым очаровательным образом, потому что она питала если не ко всем ученым вообще, то во всяком случае к Дж. Т. Мастону особо нежные чувства. Поистине, неизмеримы глубины женского сердца!
Предприятие, на которое эта богатая вдова решила пожертвовать значительные средства, действительно было великим делом.
Вот в чем оно состояло и вот к какой цели стремились его участники.
