Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 109
Представьте, легко ли топать по снегу, тащить на себе велосипед, тащить двоих… ладно, даже троих детей! Ладно еще, Топыч не жалуется! Но двое мелких-то?
Им хоть и было страшно, но страх у маленьких детей быстро проходит. А вот любопытство и желание куда-то влезть остаются. А тут…
Идти пешком не дают – медленно, будешь всех задерживать. Спать сложновато…
А еще приходится стеречься… Яна не боялась бы, будь она одна. Ни минуты.
Стрелять она собиралась, как на диком, диком Западе, без предупреждения и наповал. А что – церемониться?
Шальная пуля потому и шальная, что летит, не разбирая дороги. Яна не простила бы себе смерти малышей. Ни одного…
Приходилось идти медленно, проселками, перелесками… и то хорошо, что самую опасную банду они, кажется, выбили, а новой сволочи еще предстояло накопиться.
И все равно – тяжко.
Но вот он, Синедольск.
Что там говорила лесничиха? Яна бы и на смертном одре не забыла этого адреса.
Сухая улица, двенадцать. Сразу туда?
Яна прислушалась к себе. Хотите – верьте, хотите – нет, но… не хотелось! Вот не хотелось ей тащиться туда с детьми… почему? Гошка будет ревновать?
Она не могла себе ответить. Но детей хотелось сначала устроить и обогреть… а хотя бы!
Глава 14
Найти трактир оказалось несложно. Язык до Киева доведет. А в сочетании с решительным видом и рукоятью револьвера, торчащей за поясом… когда тебе еще и врать побоятся – просто замечательно срабатывает. Полчаса ходьбы – и вот он, родимый. И дымок из трубы…
Яна решительно толкнула дверь. Огляделась.
Хм, ну что? Бедненько, но чистенько.
- Мелочь! Сюда! Хозяин!
Топыч послушно втащил в трактир сначала одного, а потом и второго ребенка. Сами они идти не могли – мешали тулупы. Зато не замерзли в дороге.
Хозяин себя тоже долго ждать не заставил. Воздвигся перед Яной, что та осадная башня, здоровущий такой мужчина, с плечами не про всякую дверь. Но девушка стесняться или смущаться не стала.
- Добрый день, жом.
- Добрый, жама.
- Постояльцев принимаете?
Трактирщик оглядел компанию – и лицо его, похожее на вырубленный из дерева лик, чуточку смягчилось.
- Ваши дети?
- Я за них отвечаю, - коротко ответила Яна. – так что насчет постояльцев, жом Матвей?
- Знаете меня,, жама? А я вас, что-то и не припомню.
- И не припомните. Вас Мария, жена лесника Савватея из Алексеевки хорошо описала.
- Савватей… хм… невысокий такой, лысоватый? С бородой?
Яна пожала плечами.
- В глаза его не видела. Ни разу в жизни.
- Проходите, жама, да за стол присаживайтесь. Сейчас прикажу подать что погорячее вам и детям, там и поговорим. Вина?
- Детям молока, мне воды. Лучше горячей. Коровье молоко есть?
- Есть, жама.
- Вот и отлично. Если еще и с ложечкой меда?
- Найдется, как не быть, жама.
- Ждем.
Яна послушно уселась за стол, выскобленный до блеска, и потихоньку огляделась по сторонам.
Народу – человека три. Все тихо, чинно, спокойно… чего это стоит в наши дни? Вот сейчас, в разгар Освобождения?
Невероятно.
Но кажется, здесь спокойно. И крестьяне люди основательные, и Савватей, походу, не стал бы абы кому доверять… Ладно. Сейчас еще присмотримся.
Каша гречневая. С мясом.
Молоко горячее с медом.
Все свеженькое, вкусное, Яна попробовала ложку и оценила. А малышня вообще набросилась на еду, как голодные волчата.
И понятно. Яна старалась, как могла, но не те у них условия и не те припасы.
Лично она ждала, попивала маленькими глоточками принесенную ей воду – горячую тоже, и смотрела по сторонам. На выбеленные стены, на свисающие с потолка связки лука-чеснока, на букеты из колосьев…
Матвей долго себя ждать не заставил. Подсел за стол.
- Вы не голодны, жама?
- У нас тут не сказка, - вздохнула Яна. – Чтобы сначала накормить-напоить, а потом уж и вопросы задавать.
- И то верно. Вы ведь не жама по рождению, так?
- Это сейчас важно?
Матвей пожал плечами.
- Если вы, жама, хотите от меня что-то услышать…
Мужчина многозначительно замолчал, но все было ясно и так. Яне открывать карты.
Девушка потерла переносицу. Ладно…
- Жом Матвей, я действительно родилась в благородной семье. Но… что вы знаете о семье Савватея? О торе Надежде?
- Для которой он дом покупал?
- Именно. Минутку, - вдруг сообразила Яна. – А вы ему этот дом посоветовали? По Сухой, двенадцать?
- Я.
- А я – мать его внука. По второй линии, если вы в курсе.
Трактирщик вздохнул.
- В курсе, да. От торы Нинель?
- Опять проверяете? Надежды Алексеевой.
Матвей кивнул уже спокойнее.
- Да. От торы Алексеевой…
- У Савватея сын – Илья. Он отец моего ребенка. Георгия.
- Вот оно что…
Яна кивнула.
- Алексеевка сожжена. Но Мария сказала мне, что ее муж уехал и увез внука. Моего сына!
- Савва заходил сюда… дней пятнадцать тому. Даже чуть больше. Черный весь был от горя… вот почему.
- Может, и потому, - согласилась Яна. – Он не говорил, что дальше делать будет?
- Домой собирался.
- Не доехал.
Матвей помолчал.
- А вы что будете делать, тора?
- Жама.
- А все ж?
- Можно у вас пока детей оставить? Они голодны, устали… да и дело уже к ночи.
Еще и поэтому Яна не отправилась сразу на Сухую улицу. И… себе-то уж сказать можно.
Ей было страшно.
А вдруг Гошка… ее ребенок, ее сын…
Иногда слишком хорошо знать историю тоже плохо. Что могло случиться с ее сыном в охваченном революционным пылом городе, Яна отлично представляла.
Сейчас она может об этом не думать.
Сейчас она может прятать от себя правду.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 109
