Телеграмма генерала Катру, министра по делам Северной Африки, генералу де Голлю в Париж
1. Генерал Жиро, которого я видел сегодня, был взволнован Вашим посланием, на которое направил ответ. Он рассчитывает, что его рана зарубцуется через неделю и он сможет выехать через пятнадцать дней. Он желает отправиться в Бургундию, его родную провинцию, морским путем до Марселя или Сета, а затем своим собственным автотранспортом. Я пообещал ему, что его просьба будет удовлетворена.
2. Генерал Жиро настаивал, чтобы следователю, занимающемуся его делом, не мешали работать по собственному усмотрению и в полном объеме. Я дал ему в этом твердое обещание от Вашего имени и от своего.
3. Покинув его, я пригласил военного юриста, ведущего следствие, которому я сообщил Ваше и мое настоятельное желание раскрыть правду и найти не только исполнителей преступления, но и их подстрекателей… Генерал Ронен получил такие же инструкции…
Коммюнике председателя правительства
Париж, 8 сентября 1944
Правительство, возглавляемое генералом де Голлем, состоит из:
Государственный министр: премьер-министр Жанненэ
Министр юстиции: г-н Ф. де Ментон
Министр иностранных дел: г-н Ж. Бидо
Министр внутренних дел: г-н А. Тиксье
Военный министр: г-н А. Дьетельм
Морской министр: г-н Л. Жакино
Министр авиации: г-н Ш. Тийон
Министр национальной экономики: г-н П. Мендес-Франс
Министр промышленности: г-н Р. Лакост
Министр сельского хозяйства: г-н Танги-Прижан
Министр снабжения: г-н Жакоби
Министр здравоохранения: г-н Ф. Бийу
Министр по делам колоний: г-н Плевен
Министр труда и социального обеспечения: г-н А. Пароди
Министр транспорта и общественных работ: г-н Рене Мейер
Министр почт и телеграфов: г-н Огюстен Лоран
Министр национального образования: г-н Капитан
Министр по делам военнопленных: г-н А. Френэ
Министр финансов: г-н П.-А. Тетжен
Министр по делам Северной Африки: генерал Катру.
Речь, произнесенная генералом де Голлем во дворце Шайо 12 сентября 1944
В течение восемнадцати дней, истекших с того времени, когда владевший Парижем враг капитулировал перед нашими войсками, французскую нацию захватила волна радости, гордости, надежды. Страна и весь мир стали свидетелями того, как потрясение, которое принесло Освобождение и которое охватило пять шестых нашей территории и столицу, продемонстрировало и волю к борьбе, и энтузиазм, и мудрость нашего народа. Если где-то еще и оставались люди, сомневающиеся в том, чего жаждала в действительности угнетенная нация и в ее способности превозмочь саму себя, я думаю, что сейчас они окончательно в этом разобрались.
Во всяком случае, сегодняшнее собрание, организованное Советом, который вдохновлял и координировал на местах борьбу против узурпаторов и против врага, рискуя жизнью и ценой огромных потерь, само стало прекрасным символом. Вместе с Национальным советом Сопротивления, которому я адресую благодарность правительства и всей страны, здесь собрались одновременно представители основных государственных институтов, люди различного происхождения и различных взглядов, которые боролись в первых рядах. И кто же не заметит, что эта лучшая часть французского общества охвачена единым порывом и одной целью? Мне трудно найти более знающую и более достойную аудиторию, чтобы говорить перед ней о настоящем и будущем страны, как я делаю это сейчас.
Вот наконец уничтожена военная мощь Германии, которая, опираясь на исключительную способность воевать, работать и страдать великого, доведенного до фанатизма народа, при поддержке амбициозных личностей, использующих пораженческие настроения, а иногда и предательство руководителей некоторых народов, которые она желала поработить, пользуясь разобщенностью свободолюбивых государств, попыталась захватить власть над миром. Здание, брешь в котором пробивали долгие месяцы и годы, в этот раз было атаковано силой и мужеством и дрогнуло до основания. На горизонте уже виден луч победы.
Чтобы добиться такой победы, какой она должна быть, то есть полной и окончательной, потребуются новые усилия, ценой которых будет кровь. Но каковы бы ни были преграды и сроки, отныне признано, что Франция должна участвовать в победе.