Ознакомительная версия. Доступно 234 страниц из 1167
Бить им за это морды было бы напрасной тратой времени. Они всё равно не поняли бы, за что их метелят, и в первую очередь побежали бы жаловаться своим родственникам. Даже смотреть на них было противно.
– Позвонить? – сказал Матвей.
– Хорошая мысль, – согласился Соколов.
– Но ведь и номер мобильного – улика.
– Для таких звонков существуют одноразовые симки.
Матвей невольно качнул головой:
– Вы всё предусмотрели…
– Не я лично – второй.
Речь шла о комиссаре‑2, эту должность в «Стопкриме» занимал Самандар, в то время как отец Матвея был первым.
– Номер её мобильного известен?
– Конечно.
– Кто будет звонить?
– Ты предложил, ты и звони.
Матвей спрашивал, зная ответ, поэтому возражать не стал.
– Давайте номер.
Соколов достал мобильный – старенький смартфон без 3D-экрана, нашёл адрес, коснулся панельки пальцем.
– Её зовут Алевтина Арнольдовна.
– Помню. Надо сначала передать конверт.
Соколов не изменил позы, бросив тихую фразу:
– Парни, запускайте.
Связь с оперативниками группы держали по рациям, замаскированным под гарнитуру новеньких смартфонов, поэтому переговоры всей группы слышал и Матвей.
– Пошли, – донёсся тихий голос в спрятанной в ушной раковине клипсе рации.
В ресторан вошёл небольшого роста, но толстый молодой парень с рюкзачком за плечами, в чёрной курточке и кожаных штанах, оглядел зал с кабинками, подошёл к гуляющей компании.
– Извините, кто из вас Шебанкова?
На него обратил внимание парень, у которого Алевтина сидела на коленях, толкнул её в спину.
– Тебя.
– Чего надо? – спросила молодая женщина, бросив на стол смятую салфетку.
– Велели передать. – Толстяк протянул Алевтине конвертик из плотной белой бумаги.
– Что это?
– Не знаю. Велели отдать вам в руки.
Шебанкова слезла с колен приятеля, взяла конверт.
– Звони, – скомандовал Соколов.
Матвей поднёс трубку к уху.
Алевтина Шебанкова, открывшая к этому моменту конверт и вытащившая оттуда прямоугольничек чёрного картона с вытисненным на нём кинжальчиком, рукоять которого образовывали буквы СК, услышала звон своего мобильного, достала его из сумочки, с недоумением разглядывая метку «Стопкрима».
– Что за хрень?! Да-а? Алё?
– Мадам Шебанкова, то, что вы держите в руке, – чёрная метка общественной организации «Стопкрим», известной ещё как «чистилище», – сказал Матвей с ледяным равнодушием. – Поскольку вы не только не раскаялись в содеянном – в убийстве женщины и ребёнка, – но даже издеваетесь над ними в своём блоге и не намереваетесь платить компенсацию, вы приговариваетесь к серьёзному наказанию. Это предупреждение первое и последнее. Если вы завтра же не явитесь в органы и не пройдёте правовые процедуры – с вами непременно случится несчастье! То же самое объявлено всем вашим защитникам и подельникам – матери, следователю, прокурору и судье.
– Да что за гадские шуточки?! – разъярилась Алевтина. – Кто звонит?!
– Прислушайтесь, пока не поздно. – Матвей выключил телефон, передал смартфон Соколову.
– Хорошо сказал, – похвалил его Вениамин. – Я бы не сказал лучше.
В кабинке с компанией Шебанковой началось оживление. Молодые люди зашумели, хохот усилился, и в этот момент за стенами «Дота» прогремел взрыв. Стены ресторана вздрогнули, посыпались стёкла ближайших к двери окон. В зале установилась пугливая тишина, даже звучавшая до этого момента музыка стихла, затем все посетители ресторана выскочили из кабинок, бросились к выходу. За ними помчались и собутыльники Шебанковой, крича что-то о «террористах».
– Двинулись, – спокойно сказал Соколов, вставая.
Вышли вместе с испуганными официантами ресторана.
На стоянке перед старинной церковкой горел джип Шебанковой, разбрызгивая огненные капли и смрадные лохмотья дыма. Вокруг него суетились владельцы соседних авто, пытаясь защитить машины от огня и увести их со стоянки. Кто-то кричал, ревели клаксоны автомобилей, проезжавших по улице. Где-то недалеко послышался железный рёв пожарной машины. Однако Матвей отметил, что пострадал только «Порше» Алевтины Шебанковой, и восхитился ювелирной работой взрывников «Стопкрима», сработавших с похвальной точностью.
Поведение спутников Шебанковой было понятно, они испугались показательной акции, а вот её поведение озадачивало. Молодая женщина спокойно стояла в сторонке, смотрела на свою догорающую машину, стоившую немалых денег, и разговаривала по мобильному телефону. Растерянной она не выглядела, зло хмуря тонко подвёденные брови.
– Вряд ли она поймёт предупреждение, – усомнился Матвей, усаживаясь в подъехавший кроссовер.
– Похоже, нам придётся ещё раз приезжать в Курск, – согласился Соколов, устраиваясь рядом на заднем сиденье.
– Надеюсь, вы не собираетесь её… мочить?
– Нет.
– Зачем же передавали чёрную метку?
– В принципе вина этой дамы не тянет на вышку, однако наказание должно быть неотвратимым. Как решит комиссариат. А вот старшие её подельники, по сути освободившие преступницу от справедливого возмездия, виновны больше.
– Вы их…
– Нужны более радикальные меры. – Соколов включил рацию. – Афоня, что у вас?
В Курск приехали двенадцать бойцов оперативной бригады, не считая сопровождавших Соколова оперативников, и все они должны были сделать одно и то же – вручить «спасителям» Шебанковой чёрные метки и провести акции устрашения.
– Все на месте, – ответил Соколову командир подразделения, специализирующегося на проведении «мелких» бандликов. – Акции проведены без сучка и задоринки. Больше всего возились с судьёй, она как чувствовала наш интерес, бегала по всему городу.
– Передали?
– Так точно.
– Свидетели?
– Нет. Джип «Тойота Лендкрузер» – горит, мизинец укоротили, поорала, но поняла.
– Хорошо. – Соколов выключил рацию. – Федя, домой.
Водитель кроссовера, хорошо ориентирующийся в Курске, повернул к мосту через реку Тускарь. Спустя полчаса они были за городом.
Уже в Москве Матвею сообщили сводку криминальных новостей по Курску, в которых сообщалось, что в городе неизвестные «отморозки» взорвали одновременно пять автомобилей, принадлежащих сотруднику УВД следователю Своеву, прокурору Лившицу, судье Синякиной, председателю горизбиркома Шебанковой и её дочери Алевтине. Всем пятерым были вручены чёрные визитки «Стопкрима» с вытесненными кинжальчиками, после чего прокурору, судье и председательше избиркома были отрублены мизинцы. А в Интернет были сброшены компроматы на всех пятерых, объяснявшие суть необычных наказаний чиновников правопорядка, позволивших уйти от ответственности Алевтине Шебанковой за совершённое ею преступление.
Акция наделала много шума, и в УВД города пообещали сделать всё возможное, чтобы найти самодеятельных «судей и палачей» заработавшего в полной мере «чистилища», деятельность которого в душе поддерживала большая часть населения России.
– Плевали они на закон, – сказал Матвей, прощаясь у дома с Вениамином; его вдруг взяли сомнения, что карательная акция возымеет действие. – У них все повязаны меж собой круговой порукой, крышуют друг друга испокон веков, это система пострашнее мафии.
– Посмотрим, – сказал Соколов обещающе. – Мы тоже система.
Ознакомительная версия. Доступно 234 страниц из 1167
