«По императорскому указу Поти с 1 января 1859 года объявлен городом… Меня более всего занимал тот, кто провозглашал это важное объявление. Благодаря камням, разложенным кое-где, и естественным бугоркам, он успевал после бесконечных зигзагов достигнуть места, где надо было читать прокламацию. Стоило ж ему остановиться, как мало-помалу он погружался в грязь, в которой совершенно бы утонул, если бы не мешал тому барабан, который его удерживал. Тогда к нему подходили и с помощью рук, палок и веревок вытаскивали наружу. После того он опять пускался дальше и вновь повторялась та же самая сцена. Мы успокоились: Поти стал городом, и мы теперь имели право требовать от него всего того, что требуют от города».
Александр Дюма, «Кавказ» После дня переезда по жаркому побережью организм требовал обеда немедленно, и непременно – из свежей морской рыбы.
В Поти удалось найти и заменить все, что пришло в негодность во время первой части путешествия, даже редкостный инструмент для ремонта велосипедной цепи. Но при этом не удалось разыскать ресторанчик, где можно было бы отведать свежий улов: вся рыба в портовый город была доставлена в рефрижераторах из других мест.
Я принципиально отказался от блюд из мороженой рыбы и довольствовался сыром и хлебом, привезенными с собой.
«А какие у вас еще есть достопримечательности?» – спросил, не без издевки.
Человеку, к которому обратился с этим вопросом, понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями.
«Да, не так уж сильно изменился этот город со времен Дюма…» – произнес я вслух.
Мой собеседник сначала задумался, затем нахмурился и в конце концов просиял.
«Достопримечательности?! У нас же есть памятник Дюма!»
Памятник Александру Дюма в Поти
Несмотря на издевательскую рецензию, написанную о городе Поти великим беллетристом, местные жители воздвигли памятник именно ему, а не автору указа, превратившего (пусть только на бумаге) грязный поселок в черноморский порт. Дюма (верней, его скульптуре) досталось одно из лучших мест в городе, а именно лавочка на центральной аллее городского парка, покрытая мелким гравием, похожим на тот, которым посыпаны дорожки в парках Лувра.
Это наблюдение еще раз укрепило меня в мысли, что куда приятнее писать ироничные рецензии, чем самые красивые указы.
Я попытался разыскать хоть одно здание, относящееся к эпохе, когда здесь проезжал Дюма, но не нашел ничего подобного.
На закате покинул Поти, надеясь той же ночью добраться до Зугдиди, а утром следующего дня выехать в Сванетию.
Но в ту ночь дорога внесла в этот план некоторые коррективы.
Ведьмы, кошки и страшилище Гудиани
В ту ночь я узнал об одной неприятной привычке грузинских шоферов, которую, путешествуя днем, не замечал: если в светлое время суток они часто приветствуют велосипедиста, сигналя в клаксон, то ночью, завидев его, мигают фарами.
