Ошибочно думать, что удаление матки не приносит вреда здоровью. Любая ампутация влияет на состояние всего организма.
Что интересно, против такого неоправданного радикализма всегда выступали отдельные гинекологи, но голоса их так и не были услышаны. М.А. Александров в своей книге «Хирургическое лечение миомы матки» в 1956 году приводит множество доказательств того, что удаление матки – калечащая операция для женщины, и надо всегда стремиться сохранять орган. В те годы он активно применял удаление узлов при любом их количестве всем женщинам, несмотря на возраст и наличие репродуктивных планов. Я уже не говорю про знаменитую фразу Пирогова: «Ампутация – последняя вещь, – смертный приговор члену, для спасения которого мы призваны». То есть более 100 лет назад великие доктора понимали, что радикальный подход в лечении этого заболевания совершенно недопустим.
В удалении матки есть два важных аспекта, о которых почему-то не говорят доктора. Во-первых, сам факт операции. Никак не могу понять, как можно с такой легкостью предлагать пациентке пойти на хирургическое вмешательство, словно это не более чем сеанс массажа? Удаление матки, даже лапароскопическим доступом, – это серьезный риск. Существуют наркозные осложнения, возможно ранение кишечника и крупных сосудов во время введения троакаров в брюшную полость, в процессе удаления матки рассекается множество тканей, кровеносных сосудов и нервов. Основные этапы вмешательства выполняются в области мочевого пузыря и мочеточников, которые перекрещиваются с маточной артерией в месте проведения ампутации. Как бы тщательно ни выполнялась операция, в послеоперационном периоде есть риски внутрибрюшного кровотечения в результате несостоятельности швов, кишечной непроходимости, перитонита, тромбоэмболии легочной артерии (очень опасного осложнения, при котором тромб отрывается и попадает в легочную артерию). Разве все эти риски сопоставимы с тем, что пациентка может просто жаловаться на обильные менструации или рост узлов миомы?
После удаления матки в 20–80 % случаев развивается «постгистерэктомический синдром» – депрессии, утомляемость, снижение работоспособности, вялость, слезливость.
Во-вторых, – последствия удаления матки. У меня есть пациентки, которые, приходя на прием, категорично заявляют: «Любой метод лечения, кроме удаления матки; я видела, что произошло с моей мамой (сестрой/подругой/соседкой), когда ей удалили матку, я такого не переживу». На самом деле после удаления матки с придатками или без в 20–80 % случаев развивается «постгистерэктомический синдром» – состояние, напоминающее тяжелое течение климактерического синдрома. У пациентки возникают депрессии, жалобы на сильную утомляемость, снижение работоспособности, вялость, выраженная слабость, повышенная слезливость, «приливы». У 25 % больных развивается чувство тревоги, сопровождающееся немотивированным страхом внезапной смерти. Могут появляться чувство страха, боязнь распада семьи, оценка себя как неполноценного сексуального партнера. Нередко возникают приступы сердцебиения в покое, зябкость, ознобы, чувство онемения и ползания мурашек, «приливы», нарушение сна, вестибулопатия, повышенная потливость, склонность к отекам, повышение артериального давления.
После удаления матки через год возрастает риск инфарктов и инсультов.
Не менее опасны и отсроченные последствия удаления матки. Как показали исследования, проведенные более чем на 700 тыс. женщин, которым было проведено удаление матки с придатками и без, уже через год у них повышается риск сердечно-сосудистых заболеваний – инфарктов и инсультов. Вот еще немного статистических данных. Через пять лет после удаления матки у 55–69 % женщин, оперированных в возрасте 39–46 лет, гормональный профиль соответствует постменопаузальному, то есть у этих пациенток на 4 года раньше, чем в популяции, наступает физиологическая менопауза, спровоцированная удалением органа.
Я думаю, после всего описанного не стоит объяснять, почему я не включил удаление матки в перечень методов лечения миомы матки. Помните принципы лечения этого заболевания, которые я сформулировал выше? «Лечение заболевания не должно быть тяжелее самого заболевания». Удаление матки – тяжелая калечащая операция, которая совершенно не сопоставима с проявлениями миомы и ее значением для организма.
Конечно, если кошмарить пациентов, запугивая их онкологией, страшными кровотечениями, и скрывать или очернять другие возможные методы лечения, можно любую женщину уговорить на удаление матки, но такой подход не имеет никакого отношения к медицине. Вот такую «медицинскую помощь» и получают большинство пациенток с миомой матки – запуганные, дезинформированные, слепо верящие врачу, смиренно отправляются на операционный стол, думая, что это – благо для них. Страшно даже представить, что каждый рабочий день в отделениях гинекологии по всей стране проводятся десятки тысяч ненужных операций, в большинстве случаев не улучшающих здоровье, а наоборот, создающих множество новых проблем.
Удаление матки показано только при гигантских размерах миомы.
Еще раз хочу повторить, в подавляющем большинстве случаев миому матки можно вылечить, применяя только те три метода лечения, о которых я рассказал. Удаление матки требуется только в тех случаях, когда заболевание очень запущено, матка достигает гигантских размеров (срок беременности составляет более 22–25 недель) или есть сопутствующая патология. А знаете, как получается, что пациентки доращивают свои матки до такого размера? Просто из года в год они ходят на прием к гинекологу, и кроме удаления матки им ничего не предлагают, а с этим они согласиться не могут. У меня очень много таких пациенток, и рассказ их всегда одинаковый: предлагали только удалять, была не согласна, поэтому растила, ждала, что появится какой-то альтернативный метод. И нам удается им помочь путем проведения ЭМА, которая эффективна и в таких ситуациях.
