Жаклин вышла в отведенное для курения помещение, достала сигарету. Дурная привычка вернулась сразу, как только настали дурные времена. Сначала у Холли обнаружилась астма, затем оказалось, что продать квартиру и купить за городом дом не так просто, как казалось, затем, когда дом нашелся, нужно снова его продавать…
Жаклин выругалась, чиркнула зажигалкой, прикурила. «Знал ли Пирс Шерман о том, почему этот дом стоил так дешево?» – подумала она и снова выругалась. Нет. Агент здесь ни при чем. Он всего лишь делает свою работу. Она должна была понять все сама, почувствовать. С первого взгляда. С первого вздоха… Но дом обманул ее. Притворился безобидным, тихим, уютным. Обманул ее и казавшийся после тесноты мегаполиса земельный участок. И сад. Особенно сад. Заброшенный, но Жаклин планировала его оживить. Да и смотритель был не так плох, как ей показалось на первый взгляд. Беззубый старик оказался умелым работником и заботливым дедом для двойняшек.
3
Переезд был запланирован на конец лета, но покупатель на квартиру в мегаполисе нашелся намного раньше. Снова постарался Пирс Шерман. Агент вообще казался настоящим волшебником, вот только с советом выбора фирмы, чтобы перевести в новый дом старые вещи, немного сплоховал. Один из трех грузовиков «Трансид» где-то затерялся, и семье Гросс пришлось несколько дней спать на тех кроватях, которые были в доме. Однако старые кровати оказались на редкость удобными, и когда третья машины, посланная по ошибке в Филадельфию, вернулась, Марк и Жаклин, решили, что супружеским ложем оставят то, которое уже было в доме. Свою же кровать было решено поставить в комнату для гостей. Так же, как было решено оставить на работе старика-смотрителя. Несколько раз они даже приглашали его за общий стол, но он выглядел за обедом таким зажатым, что Марк решил, что ему будет лучше питаться отдельно.
– Да, пожалуй, так оно действительно будет лучше, – согласился старик.
Жаклин и Марк стояли на пороге его дома, вернее их дома, но они, неосознанно считали его домом старика. Девочки-близняшки бегали по поляне, пытаясь поймать сочком бабочек. Бабочек было много, а сочок один, поэтому они больше спорили между собой, чем ловили, но это, кажется, забавляло их еще сильнее.
– Очень милые дети, – сказал старик, глядя на девочек, поджал губы и посоветовал Жаклин и Марку не пускать их на восточную часть участка. – Там есть озеро… – сказал он. – Не случилось бы какой беды… – опустив глаза, он сам смутился своих мыслей.
– Нет. Нет! – спешно сказала Жаклин. – Вы все правильно сделали.
Она заставила себя улыбнуться.
– А я и не знал, что у нас есть озеро, – неловко заметил Марк. – Наш агент ничего не говорил… – он увидел, как поморщился старик и замолчал.
– Хочешь, сходить посмотреть? – спросила его Жаклин, после обеда.
Марк кивнул.
4
Пара высоких деревьев были старыми и скрипели, когда их раскачивал ветер. Трава пригибалась. Птицы не пели. Ветер испортил Жаклин прическу. Но озеро… Озеро, было неподвижным. Черное озеро. Четверть часа Жаклин и Марк стояли на берегу, вглядываясь растерянно в черную воду, затем вернулись к старику.
– Вы чего такие бледные? – спросил он добродушно. – Призрака увидели? – нахмурился, поджал губы. – Были на озере?
– Какого черта оно черное? – спросил его Марк.
– Какого черта? – старик нахмурился еще сильнее, заглянул в свой дом. – Может быть, заварить вам чай?
Марк и Жаклин переглянулись.
– Я бы лучше выпил, но и от чая не откажусь, – сказал Марк.
Они прошли в дом старика, впервые оказавшись дальше порога.
– Садитесь на диван, – сказал им смотритель.
На кухне загремела посуда. Запахло шиповником, корицей, малиной… Затем, когда старик вернулся с тремя чашками чая, запахло страхом.
