10 декабря 1823 г. Порт Сан-ФранцискоПо разлучении вверенного мне фрегата «Крейсер» с шлюпом «Ладога» в широте 13°34' южной, долготе 210°56' восточной, о чем имел я уже честь уведомить государственную Адмиралтейств-коллегию от 24 июля 1823 г. за № 310, продолжал я плавание свое к экватору при пассатном ветре, переменявшемся от OtS и до OtN, который [экватор] пересекли 31 июля в долготе 214°50' О. 13 августа, находясь уже в широте 20°45' N, долготе 210°59' О, встретили мы огромный обломок некоей составной мачты длиною около 40 фут., имеющий на длине сей три железных бугеля. По измерению обломка сего оказался он в окружности 11 фут. 10 д., что многим превосходило толщину мачты всякого известного трехдечного корабля. 2 сентября усмотрели берега Северо-Западной Америки, а на следующий день бросили якорь в Новоархангельском порте, где соединились с шлюпом «Аполлон», коим командовал уже лейтенант Хрущев по случаю смерти настоящего командира оного капитана 1 ранга Тулубьева, последовавшей 31 марта 1822 г. на пути из Рио-Жанейро к Новой Голландии.
По сношении моем с главным правителем колонии Российско-американской компании капитан-лейтенантом Муравьевым касательно назначения от него тех мест, в коих крейсерство с вверенным мне фрегатом производиться должно, и вместе с тем, сообщив ему копии с двух последних предписаний, полученных мною от е. пр-ва начальника Морского штаба е. и. в. контр-адмирала и кавалера Антона Васильевича фон Моллера, одно 3 августа 1822 г. за № 124 и другое того же августа 13 за № 1685, в коих изображается высочайшая воля касательно наблюдений, которые военные суда должны производить у северо-западных берегов Америки; он меня уведомил, что он, сообразуя настоящее положение с волею правительства, означенною в сих копиях, всякое крейсерство фрегата, мне вверенного, считает излишним и в том же отношении своем, ссылаясь на невозможность получить здесь в нынешнее время года каких-либо свежих жизненных потребностей для служителей, мне вверенных, а еще и того менее, получить какой-либо запас хлеба или сухарей на будущее время, коих у меня осталось только на 4 месяца, предлагает мне, не обращуся ли я к портам Калифорнии, где как то, так и другое, вероятно, получить мне будет можно, извещая притом, что к 1 числу марта обыкновенно здесь бывает большой съезд диких разных племен и в то же время большие работы и раскомандировки, то просит меня для большей безопасности крепости поспешить моим прибытием к тому времени обратно в Новоархангельский порт.
В следующем после сего отношении[189] капитан-лейтенант Муравьев известил меня о чрезвычайном неурожае пшеницы во всей Калифорнии, известие о коем он получил через компанейский бриг «Булдаков», пришедший из порта Сан-Франциско в нашу здесь бытность. При сем он представляет мне, что шлюп «Ладога», будучи снабжен из России провизиями только на 2 года и потому должен искать пособий в здешнем крае, но по неурожаю в Калифорнии не только колонии Российско-американской компании, но и я могу встретить затруднение в получении хлеба из сей провинции, то шлюп «Ладога», имея также необходимость в оном еще более, может затруднить как наше, так и их продовольствие, не принося существенной выгоды колониям, ибо, как он относится, что вовсе не имеет в виду надобности пребывания оного при здешних берегах.
В уважение таковых представлений г. главного правителя, относящихся к облегчению продовольствия на будущий год колоний, ему вверенных, я решился отправить шлюп «Ладогу» обратно в Россию вместе с «Аполлоном», и отправление сие тем более казалось мне справедливым, что экипаж шлюпа «Ладога» не только что провизией, но обмундированием и самым денежным довольствием снабжен был только на 2 года, следовательно я имел достаточные причины позволить себе думать, что и начальство мое предопределило плавание шлюпу «Ладога» не долее 2 лет.
Между тем лейтенант Хрущев донес мне[190], что для приготовления шлюпа, им ныне командуемого, к обратному в Россию плаванию потребно около месяца времени, к чему наступившее уже в Ситхе позднее время года по причине беспрестанных почти дождей вовсе тому не благоприятствовало, то и предписал я ему немедленно отправиться в порт Сан-Франциско, где, как известно, что лучшее время года есть осень и где, изготовя вверенный ему шлюп, ожидал бы моего и шлюпа «Ладога» прибытия; вследствие чего «Аполлон» и оставил Новоархангельск 11 октября 1823 г.
