Новые в мире зачатья, Зарево красных зарниц, Спите, любимые братья, В свете нетленных гробниц.
Конёнков был высокого мнения о творчестве Есенина, он писал о нем: «Все, что связано с Есениным, дорого нам. Есенин — великий поэт и звонко-звучный певец народа». Несмотря на «развороченный бурей быт», Есенин сумел вписаться в новую эпоху, в эпоху социализма, и найти в ней свое место.
Имажинизм
Поиск новых, еще неизведанных литературных путей привел Есенина к имажинизму. В России это новое литературное направление начало зарождаться после Октябрьской революции, хоть в Европе оно уже давно было распространено. «Имаж» в переводе с французского языка обозначает образ. Имажинисты считали, что сущность стиха должна быть не в смысловом содержании, а в образе. Подготовка к проведению в жизнь этого направления началась в конце 1918 года. Его первыми представителями в России были поэты Анатолий Мариенгоф, Вадим Шершеневич, Рюрик Ивнев и Сергей Есенин. К ним примкнули два художника — Борис Эрдман и Георгий Якулов.
В 1919 году об имажинизме писали как о «формалистической школе, цель которой — утвердить образ как первооснову поэтического искусства». Есенин с восторгом отнесся к этому новому направлению в литературе и с присущим ему жаром и азартом принялся пропагандировать его. Он писал об этом направлении: «Мы были зачинщиками новой полосы в мире искусства, и нам пришлось долго воевать. Мы нашли способ оживить мертвое слово, заключив его в яркие поэтические образы. К черту чувства, слова в навоз, только образ и мощь порыва».
30 января 1919 года имажинисты подготовили «Декларацию передовой линии имажинизма», которая была опубликована в газете «Советская страна». С целью проведения этого направления в жизнь они издают свой «Манифест» и выдвигают лозунг: «Имажинисты всех стран, соединяйтесь. Кто не с нами, тот против нас». Следуя правилам этого направления, Есенин в стихах стал выражать свои мысли посредством образов, употреблять непривычные для читателей выражения: «ржет дорога», «головы моей куст», «облака лают», «вспашу я черные щеки нив», «заря на крыше, как котенок моет лапкой рот», «обнаженные груди берез». Это литературное направление давало простор для неудержимой фантазии Есенина, для введения своеобразного языка в поэзию.
В 1919 году Есенин избирается председателем «Ассоциации вольнодумцев». Вскоре ряды имажинистов пополнились. К ним примкнули поэты Иван Васильевич Грузинов и Александр Борисович Кусиков, а позже — молодой драматург Николай Робертович Эрдман — брат художника Бориса Робертовича Эрдмана и поэт Матвей Давыдович Ройзман. Имажинистов не все воспринимали всерьез. Их критиковали, высмеивали, называли «искателями приключений, которые гоняются за славой». Есенина обвиняли в неустойчивости взглядов, в шатании. Нередко во время выступлений имажинистов в клубах их освистывали. Но они сами восстанавливали порядок: Шершеневич — своим громким зычным голосом, который перекрывал шум в зале, Мариенгоф — юмором, а Есенин — кулаками.
Имажинисты постепенно набирали силу. Они учредили свой орган под названием «Московская трудовая артель художественного слова, не пользующаяся наемным трудом». При этом они объявили, что целью артели является «объединение художников, творящих в духе "мировой революции"». Это название соответствовало новым веяниям в стране. Умело используя лозунги советской власти и несовершенство новых законов, они добились того, чего не могли добиться другие литературные организации и объединения: получили разрешение председателя Моссовета Каменева Льва Борисовича (Розенфельда) иметь свои бланки, свою печать и штамп, от заведующего Центрпечатью Малкина Бориса Федоровича — иметь свой печатный орган, свою книжную лавку, сначала в Камергерском переулке, где торговлей занимались Шершеневич и Кусиков, а потом на Большой Никитской улице. Там за прилавком стояли Есенин и Мариенгоф. За денежной ссудой обращались даже к работавшей в Кремле Андреевой Марии Федоровне, о которой Мариенгоф писал с присущим ему юмором: «В своем длинном шелковом платье она напоминала памятник для собственной могилы».
